Книга Поглощение 2, страница 92 – Алексей Ковтунов, Антон Панарин

Я спикировал на спину железяки и приложив ладонь активировал электрический заряд. Синяя дуга проскочила, между нами, и турели железяки безжизненно повисли. Проводка в корпусе гиганта сверкала искрами, но он больше не шевелился. Минус один. Артефакт заберу позже.

В живых остался Доусон и Гюнтер. Гюнтер сидел на деревянных ящиках со скучающим видом и отстреливал приближающихся тараканов, которых осталось уже значительно меньше сотни. Гюнтер приложил пальцы к горлу, после чего его голос разнесся по всей округе.

— Краснов, правильно? Я знал твоего отца. Доставучий тип должен сказать. Вечно совал нос в мои дела, вынюхивал что-то, убивал архонтов, принадлежащих великой Германии. Ты я смотрю не далеко ушел от него. Сдавайся, вся твоя армия уже уничтожена, а к городу со стороны гор уже приближается две тысячи проверенных бойцов, вам конец. — театрально констатировал фриц.

— Зигмунд, ты же в курсе что владельцы артефактов и так обречены, кто-то на быструю смерть, а кто-то на мучительную. Мне осталось меньше полутора лет. Так что пути назад нет, только вперёд. А у тебя есть то, что мне нужно, плюс ты обидел одну мою подругу, придется расплатиться по счетам — хищная улыбка опять вылезла на моём лице. Похоже этот мир меня изменил и не в лучшую сторону.

— Я полагаю ты говоришь о Еве. Бедная девочка, не самый лучший образец генной инженерии. Но она была лишь ступенькой к величию. — стальной глаз Гюнтера начал проворачиваться жужжа — о, смотрю у тебя несколько артефактов? Не думал, что будет так просто их заполучить.

— Могу то же самое сказать и о тебе. Запихнуть артефакт в железяку, идея неплохая, но как видишь провальная, убью тебя, Доусона, и всё. Считай я собрал все необходимые мне артефакты. — краги, прикончите уже Доусона, он меня достал, всех богомолов почти порубил.

— Слова не мальчика, но мужа! А что, если я предложу тебе бессмертие? Физическое разумеется. Как видишь мне перевалило за сотню лет, а я всё еще цвету и пахну.

— Да по синюшному цвету лица видно, что ты цветёшь, а если чем и пахнешь, то только формалином и дерьмом.

— Зря ты так, вон твой босс согласился, теперь сможет протянуть хоть сотню, хоть тысячу лет, несмотря на то что ты с ним сделал.

— Этот отброс жив?

— Ну а кто, по-твоему, пилотирует Голиафа? Судя по датчикам жизнеобеспечения, он до сих пор жив. Кроме того, он принял мою идеологию. Закончим здесь, а после вернемся на землю, где создадим четвёртый рейх покорив всю планету. А там как пойдёт, может найдём и новые миры для завоевания. Хе-хе-хе! — скрипучий голос разнесся по округе.

— Раз ты так хочешь, то я скоро тебя и отправлю в иной мир. Подожди буквально минутку, я с Доусоном разберусь.

— Да, конечно, я никуда не спешу. У меня впереди вечность.

Доусон рубился против крагов. Его меч не мог пробить их броню, но вот силы в его ударах было столько, что он отбрасывал каждой атакой пёселей на десяток метров назад ломая им кости. Сотня крагов уже валялась на асфальте, не имея физической возможности подняться. Лапы, изогнутые в неестественной плоскости, обломанные зубы, лежащие на земле. Десятка два умерли от черепномозговых травм.

Отдал команду крагам держаться позади меня, а сам преградил дорогу разбушевавшемуся Доусону.

— А! Ты тот сопляк? Помню тебя. Зачем пришел?