Книга Идеальный мир для Демонолога 5, страница 56 – Олег Сапфир, Алексей Ковтунов

Проснулся, сходил позавтракал с остальными, умылся. А пока все собирались на утреннюю зарядку, взял документы у Рембо и направился в сторону посадочной площадки. Она тут расположена на крыше высокого здания и вход туда надежно закрыт воротами, так что через несколько постов охраны всё же придется пройти.

— Эй! Ты куда? — окликнул меня дежурный и я даже не поленился к нему подойти.

— Как куда? Вот, смотри документы, — протянул ему лист бумаги. — Там всё четко написано, что меня надо пропустить, не задавая глупых вопросов, ведь у меня важная задача. А еще, если ты читать не умеешь, в момент посадки транспорта никого не должно быть на площадке и рядом с ней.

— Но это же бред! — возмутился дежурный.

— Так ты читай, читай! И смотри на печати. Узнаешь? — указал ему на печать командира авиационного отделения. — Или вот эта печать? Её тоже не узнаешь?

— Да узнаю… — насупился боец. — Просто, почему тут аж семьдесят две печати?

— Ну вот, глупые вопросы, — вздохнул я. Не буду же я объяснять ему, что семьдесят две печати тут только потому, что командиров тут всего семьдесят два. Причем четверо из них отсутствуют в части и Рембо всё равно поставил их печати. — Говорю же, это важное задание.

— И то верно… — почесал затылок новос. — Ну ладно, тогда расходимся…

Он передал приказ остальным, и после недолгих возмущений, все сотрудники покинули здание. Радисты, операторы, техники и, разумеется, солдаты.

Я же спокойно направился к воротам, но в этот момент взвыла сирена, а в части подняли боевую тревогу.

— Эй! Тревога! Уходи! — заголосили дежурные.

Системы противовоздушной обороны, разбросанные вокруг, сразу зашевелились и здесь началось какое-то оживление. Даже отсюда слышно нецензурную брань командиров расчетов. Один из них кричал громче прочих и если сделать краткую выжимку из его пламенной речи, отбросив все нецензурные выражения, получится полная бессмыслица. Ведь цензурных слов там едва наберется штук пять. Но общий посыл был в том, что кто-то разрядил ракетницу. И этот кто-то явно нехороший человек.

*Бах!*

— А-а-а-а!

Прозвучал выстрел, и рядом со мной появился ухмыляющийся Рембо, а из дула его револьвера поднималась тонкая струйка дыма.

— Зачем? — вздохнул я.

— Ну, а чего он обзывается?

— Справедливо, — кивнул ему и уселся на лавочку в ожидании транспорта.

Спустя минуту послышался звук винтов и прямо над крышами домов пронесся наш вертолет. Даже отсюда было видно бледное лицо Художника, но стоит отметить, что он не растерял навыки управления и, развернувшись на месте, обрушил машину прямо в центр взлетной площадки.

В форте становилось всё оживленнее с каждой секундой. Солдаты носятся, ругаются, тревога воет.

— Где сраные ключи от склада противовоздушных систем? — верещал какой-то мужик. — Какой дебил ключи забрал?

Рембо вздохнул и исчез. А спустя секунду снова послышался звук выстрела.

— А-а-а-а! Откуда? Кто? Моя нога-а-а!

Рогатый снова появился и с совершенно невозмутимым видом вынул гильзу из барабана, заменив ее на новый патрон.

Вертолет приземлился, но его почему-то начало потряхивать. Да уж, видимо, неисправен. Надо будет отправить к нашему технику, пусть посмотрит.

Но стоило мне зайти внутрь вертолета, как неисправность открылась сама собой. Оказывается, неисправен пилот. Сидит, трясется всем телом, и потому узлы управления трясутся вместе с ним.