Книга Идеальный мир для Демонолога 2, страница 73 – Олег Сапфир, Алексей Ковтунов

— Останови! — полковник прищурился и посмотрел в экран. — Что он тут делает?

— Шнурки завязывает, — пожал плечами боец, который показывал полковнику записи с камер наблюдения. — А теперь пошел в казарму и там лег на койку.

Некоторое время они следили за всеми подозрительными действиями Константина. Но проблема в том, что подозрительных действий вот уже несколько часов найти не удавалось. Весь день рядового прошел совершенно обыденно. Сначала он завтракал и спокойно общался с сослуживцем, затем побежал на улицу, а после завершения атаки помогал спасать раненых.

Весь день он пробыл вместе со своим отрядом и отлучился всего раз. Но его сослуживцы подтвердили, что отлучился он по важному делу, в туалет, так что это тоже совсем не подозрительно.

А в момент, когда предположительно были повешены трое предателей, он и вовсе, мирно спал в своей кровати.

Вот только полковник не был дураком и понимал, что это не совпадение. Почему именно шнурки? Не бывает таких странных и невероятных совпадений, а значит, Первый точно причастен к свершению мести.

— Товарищ полковник! — вдруг воскликнул оператор. — Я нашел подозрительный момент! Смотрите! — он указал на экран, а там Константин сидит на лавке и ритмично бьет себя по голове учебником по османскому языку. — Это выглядит странно!

— Кхм… — прокашлялся Собутыльев. — Не неси глупости. Ничего странного в этом нет… Да и вообще, отстаньте от парня, видно же, что он чист.

— Но вы сами приказали следить за ним…

— А теперь приказываю отстать! — рыкнул полковник. — Всё, забыли про него. Нормальный боец, и он точно не делает ничего странного. Ну лупит себя по голове учебником, что в этом такого?

Операторы покинули кабинет полковника, а он так и сидел за своим столом, размышляя над недавними событиями. И у него оставалось стойкое ощущение того, что его где-то в чем-то обманывают. Вопрос только, в чем?

С другой стороны, никакого сочувствия у мужчины к тем троим ублюдкам нет. Следователи уже доказали их вину, и даже нашли все цепочки поставок взрывчатки. Трупы уже вскрыли и исследовали, и все разводят руками. Непонятно, сами они повесились или кто-то помог, ведь следов насильственной смерти нет. Известно только, что перед смертью им было очень и очень страшно, но это понятно и так по их промокшим и запачканным штанам.

Возможно, кто-то из спецов тайно выследил их и не стал докладывать начальству, желая самостоятельно разобраться с предателями. А таких спецов на этой базе хватает.

* * *

Ночь прошла спокойно, а на следующее утро нас снова выгнали на построение. Полковник решил зачитать торжественную речь, поздравить нас с тем, что все предатели были наказаны, и все, с кем они плотно общались — допрошены.

— Предатели были лишены всех наград, их имущество конфисковано, а семьи проверяются на предмет соучастия в диверсии. Так что… — он осекся, так как я поднял руку. — Вопросы, рядовой?

— Да, есть один, — я сделал шаг вперед. — Просто хотел уточнить! А откуда у поваров награды? Я не видел в списке государственных наград ордена за идеально посоленный суп.

— Первый! — прорычал полковник, а по рядам бойцов прокатились смешки. — Это просто выражение такое! Их семьям не будут положены выплаты, и они посмертно получат клеймо предателей. Этого что, недостаточно?