Онлайн книга «Фаэрверн навсегда»
|
Паладин незаметно оглядел комнату снова, ища какой-нибудь памятный портрет. Но нет, дощатые стены не были украшены ничем, кроме оружия и доспехов. Разного размера и стоимости, надо сказать, доспехов. Словно… их снимали с разных людей. Ар Нирн невольно поёжился и вновь посмотрел на спутницу. Та стояла рядом с гигантом, а он гладил её лицо огромными ладонями с такой нежностью, что у паладина защемило сердце. — Кто это с тобой? — бросив на него короткий взгляд поинтересовался хозяин заведения. — У него свои счёты с Первосвященником, — коротко ответила рыжая. Громила нехорошо усмехнулся: — У многих уже свои счёты! И даже с процентами! Давай сядем, Тами, надо поговорить. — Давно надо, — пробормотала она, и Викер с удивлением услышал в её голосе извиняющиеся нотки. — Эй, ты, — позвал седой, — не стой столбом, садись с нами! Трептангу будешь? — Это… ‘…Пойло?’ — чуть было не ляпнул паладин, но вовремя опомнился и довершил: — …Неплохо! Хозяин достал оплетённую кожаным ремешком флягу, плеснул в стоящие на столе глиняные чашки прозрачную жидкость. Поднял свою, посмотрел на Тами подозрительно блестящими глазами. — За тебя, дочка! За твоё возвращение! ‘Значит, дочка!’ — выливая в себя мерзкое пойло, с удовлетворением подумал Викер. Рыжая выпила трептангу, не морщась, но, поставив чашку на стол, покачала головой, не соглашаясь: — Я не вернулась, ата! Здесь проездом. Меня ищут и рано или поздно найдут! Седой показал непристойный жест. — Вот они найдут теперь, дочка! Вывезу тебя на корабле в одну из сопредельных стран. — И что дальше? — с горькой усмешкой спросила она. — Жить на чужбине и ждать неведомого? Громила покосился на Викера, проворчал сдержанно: — Очень даже ведомого… — Я уеду, ата, — неожиданно изменила тон рыжая, — если ты и твои люди помогут мне забрать из Тризана то, что увезли паладины Первосвященника из Фаэрверна. — Золото? Сакральные принадлежности? Артефакты Богини? — изумился тот. — Тами, дочка, неужели тебе есть до них дело? — Я могла бы ответить, что уродилась в папочку, — покачала головой та, — однако все гораздо сложнее. Они забрали кое-что, принадлежащее Великой Матери, и это не золото, не побрякушки и даже не святыни… Викер насторожился. Он и седовласый молча смотрели на женщину, ожидая ответа. Но она только пожала плечами: — Скажу позже! Отец, нам с моим спутником надо пробраться в Тризан! — Не проблема! — легкомысленно отмахнулся громила. — Воспользуетесь городской канализацией, проводника и прикрытие я дам! Но что дальше? — А дальше… — Тамарис перевела взгляд на Викера, — он подскажет, где Первосвященник прячет свои игрушки! — Он, что, знает? — прищурился седой. Ар Нирн кивнул и не отвёл взгляда. С минуту они сверлили друг друга глазами, и ни один не желал отступать. Выдержать взгляд седовласого оказалось очень тяжело — тот будто разбирал душу на кирпичики, выкидывая большинство и откладывая в сторону те, что представляли какой-то интерес. Но Викер выдержал. Громила посмотрел на дочь и снова нежно коснулся ее щеки. И вдруг, потемнев лицом, полез в ящик стола. — У меня для тебя письмо, Огонёк, — сказал он. — Письмо? — удивилась рыжая и вновь посмотрела на Викера, как тогда перед дверью — безмолвно прося помощи. — От кого? — От покойницы, — вздохнул седой, протягивая ей запечатанный конверт. |