Книга Пещерные инстинкты в большом городе, страница 66 – Наталья Буланова

— У Саймона никогда не было ни дедушки, ни старшего брата, ни дяди.

— Тогда какие у него отношения с отцом? Это же он вызвал нас?

— Боб – отчим Саймона.

Опа! А вот с этого места поподробней.

— А где родной отец?

— Мы с ним развелись. Он сейчас в другой стране.

Тар так громко и возмущенно фыркнул, что мы подпрыгнули.

Я посмотрела на пещерного и не узнала его, до того у него был осуждающий и тяжелый взгляд в сторону матери Саймона.

— Мальчик должен был остаться со своим отцом. Чужой никогда не будет так его любить и обучать, как свой! – Тар встал и стал грозным голосом отчитывать хозяйку дома.

Та округлила глаза, открыла рот, и я быстро встала между ней и пещерным, взглядом обещая ему все кары мира.

— Что ты несешь? – спросила одними губами.

Тот лишь бровь одну приподнял:

— Правду.

О тактичности он, конечно, ничего не знал.

— Сейчас у людей бывает много браков. В этом ничего такого нет. – Я говорила еле слышно, потому что видела: не сдержи я его, Тара понесет, до того он принял это близко к сердцу. Будто это у него ребенка забрали!

— Времена неважны. Семья есть семья. Мальчик должен быть с отцом. Девочка с мамой. Иначе бы душа отца не пришла сюда играть с малышом! – Тар показал пальцем на Саймона.

— Душа отца? – Хозяйка дома, и без того в шоке от обвинений, поежилась. – Но Гарри жив.

— Но не может видеться с ребенком, да?! – вдруг взревел Тар. – Вы не даете? Уехали далеко? Сейчас там, где Гарри, ночь, да?

Казалось, что, даже вылей я сейчас ведро ледяной воды на пещерного, он не остынет. Взгляд Тара полыхал.

Я вспомнила наскальный рисунок семьи.

Ничего подобного. Не меня он тогда фантазировал. Это его бывшая семья.

Тар будто не замечал моего потрясенного взгляда. Я с усилием выдохнула и крепко сжала губы, чтобы сдержать вопросы, которые сейчас так некстати вертелись на языке.

И тут кубик с размаху прилетел пещерному в лоб с такой силой, что тот отшатнулся.

Саймон заливисто расхохотался. Малыш смеялся так заразительно, так по-детски непосредственно, что полыхающий взгляд Тара погас, зажглись смешинки. Пещерный улыбнулся.

— Простите… Ха-ха! Боже, простите! Он не специально, ха-ха. – Даже мама мальчика не могла сдержать смех.

Я смеялась вместе с ними.

— Это не Саймон кинул. – Тар посмотрел на коврик, где играл малыш. – Это его папе не понравилось, что я так разозлился. Он считает, что я не имею на это никакого права и ничего не знаю.

— Это привидение с вами говорит?

— Это не привидение, я же говорил: это ваш бывший муж пытается связаться с ребенком.

— Но как Гарри может быть… здесь? У меня мурашки по коже! Пожалуй, это даже хуже, чем привидение, о котором мы думали.

— Он либо сейчас спит, либо в пограничном состоянии.

— Что значит «в пограничном состоянии»?

— Это значит между жизнью и смертью.

Я не выдержала:

— Почему ты так уверен, будто сам испытывал это на себе?

— Потому что так и есть.

Ну вот! Он признался.

«А ты говорил, что рисовал меня! Что у тебя нет семьи!» – эти фразы скребли горло когтями так, что пришлось плотно сжать челюсти.

Я отступила на шаг, невидящим взглядом посмотрела на малыша и напомнила себе: я здесь ради денег. Да, я все это затеяла ради поездки на неделю моды. Так что тогда злюсь?

Тар мне ничего не обещал. Ничем не обязан.

И тут же оборвала себя: тогда зачем врал про живопись? Это же называется «дать девушке ложные надежды»! Запудривание мозгов – вот что это!