Книга Выбор дракона, страница 87 – Наталья Буланова

Но беспокойство улетело прочь, словно пожухлые листья гонимые сильным ветром, как только он увидел, какими глазами девушка смотрела на васильковые головки.

— Спасибо, — прошептала она, а протянутые руки еле заметно дрогнули. Милара прижала к себе букет, словно самое дорогое сокровище — бережно и аккуратно, стараясь не помять ни один лепесток. И тогда мужчина с облегчением понял, что это были слезы радости.

Дарил ли ей кто‑нибудь цветы? Вот так, поутру?

Прижимала ли она их так же трепетно к груди? Любовалась ли простыми линиями лепестков, придуманной природой? Проводила ли по ним тонкими пальчиками?

Навир не знал. Он знал лишь одно — за её улыбку он готов завалить всю её комнату цветами.

— Спасибо, Навир, — еще раз повторила Милара, поднимая на него полные благодарности глаза. И её голос медом лился ему на сердце. Как же он был рад, что девушка обрела голос!

— Скажи еще раз мое имя, — попросил он, хотя сам в душе боялся, что она поднимет на смех его желание. Поэтому попросил тихо, но Милара услышала.

Девушка мягко улыбнулась и сказала еще раз:

— Навир, спасибо.

Мужчина присел рядом на кровать, взял её руку и еле ощутимо провел губами по коже. Для того, чтобы потом, сделав над собой огромное усилие, встать и уйти, сказав на выходе:

— Надеюсь, увидимся…

* * *

Утро началось для Оливии вверх ногами. Она не падала с кровати даже будучи совсем крошкой, и почему именно сегодня осчастливила пол знакомством со своей макушкой — девушка не знала.

Воспоминания о вчерашнем вечере настигли её именно там, на полу, и она с глухим стоном закатилась под постель. Химера раздери мужчин! А еще что‑то говорят про нерешительность женщин!

Она же чувствовала, как вся сущность Рокаэля откликается на неё. Видела, как его глаза плавились, при виде её обнаженного тела. Замечала, как он реагирует на каждое её движение…

И чувствовала эту невероятную силу воли, которая, словно кость в горле, не давала мужчине нормально вдохнуть воздух жизни.

Выплюнь! — так и хотелось ей крикнуть ему в лицо.

Но она лишь треснула кулаком по одной из деревянных реек кровати. Рядом не было виновника всех бед, поэтому у маленького приступа злости не было свидетелей. И это было прекрасно.

Уже через минуту, отряхнувшись от пыли, Оливия придирчивым взглядом окинула свою фигуру в зеркале и, одевшись, поспешила на тренировку. Время минутной слабости прошло. Вызов от самой себя был принят еще вчера, и теперь оставалось дело за малым — за планом. А что может лучше привести мысли к правильному решению, чем выплеск эмоций через бой?

Но в тренировочном зале Оливия еле насчитала десяток воинов, и все девушки. Да, дам в этом деле было не много, и она вполне могла собой гордиться бы, если бы не понимала — сколько бы она не билась рыбой об лед, родители делали все, чтобы она в первую очередь была леди, а уж потом — воином. По строгой договоренности еще в самом детстве половина тренировок заменялась другими занятиями, достойными дочери лорда. Оливия выросла, а правило осталось: 'В первую очередь — леди'.

Иногда, как, например, сегодня, девушка ненавидела это правило. На ежедневных утренних тренировках ей было запрещено появляться, зато разрешалось заниматься в зале. Но никто не упоминал, что достойных кандидаток на бой тут не отыскать и с помощью Снежного пламени! По сравнению с её уровнем — это были дети.