Книга Его запретная пара, страница 87 – Наталья Буланова

Я услышал, как Ди возмущенно засопела.

Артур влез:

— У Ди уже есть жених. У нас были трехлетние отношения. На мне ее метка, она поймала букет невесты. Уважаемый совет, я протестую и прошу назначить дату нашей с Дианой церемонии.

— Нет-нет-нет, так не пойдет! — вскочил с места лысый. — Право первого! Ди, ты же хочешь быть со мной, верно? Ты благодаря мне сверхом стала. Мой укус пробудил зверя.

Ох, чего же мне стоило сейчас сдержаться! Главы кланов с любопытством посматривали на меня, будто пропуская вперед. Интересно, они поняли, что Ди для меня значит? Или тут что-то другое?

Я, с трудом контролируя дыхание и зверя, обратился к лысому:

— Никто этого доказать не может. Диана обернулась спустя два десятка лет. Да и как вы докажете, что метка ваша? Она не хранит ни малейшего следа, а форма давно расплылась из-за роста кожи. Никакая экспертиза не даст стопроцентного результата.

— Я могу рассказать в мельчайших деталях, где и как ее поставил. И почему, — улыбнулся Аркадий, напряженно растягивая уголки губ.

Вот этого я боялся больше всего. Варианта, что это не подсадная утка Артура, чтобы обставить меня и жениться на Ди. Вот только я все равно ему не верю. Как только подумаю, что кто-то поставил метку на Ди, так все внутри кипит от негодования.

И тут вдруг Ди встала, подошла к столу и отодвинула свободный стул:

— Вы позволите присоединиться?

Вопрос звучал так, будто она и не ждала ответа, а в любом случае сядет. Что, собственно, она тут же и сделала. Посмотрела поочередно на всех, кроме меня, Артура и лысого, и сказала:

— Я еще мало разбираюсь в этом мире. Поправьте меня, если что-то не так. Раны на сверхах затягиваются без следа, кроме случаев с меткой, так?

— Шрамы могут остаться, если определенным образом не давать ране зажить.

— Хорошо. Я вижу разницу. У человека шрамы остаются при любом глубоком порезе или ране. Так?

Ди сидела через пустой стул от меня, и я видел, как дергается под столом ее нога от нервов. Захотелось положить руку на ее колено и успокоить, погладить.

Дима и Макс тем временем кивнули, остальные внимательно слушали.

— Итак, у человека след на теле не равен метке. Верно? Даже если форма очень похожа, нет никаких гарантий, что это след от зубов. Верно?

Влад, глава медведей, тяжело вздохнул:

— Это было бы верно, если бы твоя история не была известна с рождения, потому что твоя мама — сверх, и твоя сестра-близнец тоже. Как бы твой отец ни хотел скрыть этот факт, сохранились записи, что у тебя маленькой остался след от зубов.

Я это знал, поэтому не думал использовать эту тактику, а вот Ди, похоже, очень на нее рассчитывала. Сейчас она как-то разом побледнела и сникла, словно стала меньше. Задумчиво обхватила себя руками и смотрела невидящим взглядом в стол.

В дверь постучали. В проем просунул голову медведь.

— Главы, — уважительно кивнул он, а потом посмотрел на Влада: — Архив горит.

Я постарался и выдохом не показать, как напряжение покинуло мое тело. Успели!

И тут же взгляды всех мужчин скрестились на мне.

— А я что? Я ничего, — улыбнулся я.

Память предков и заветы — это хорошо. Но мораль — она в сердце и в голове, а не в бумагах. Пришлось пожертвовать многим, но я бы и весь мир спалил ради Ди.

— Гори-гори ясно, елы-палы. — Шепот медоедки отчетливо услышал каждый.