Книга Его запретная пара, страница 28 – Наталья Буланова

Мои мысли вернулись к Жанне.

— Почему ты раньше не сказал?

— Хотел сохранить тебе спокойную жизнь.

— А сестра? Я бы хотела знать, что она у меня есть. Может, она бы тогда по-другому ко мне относилась. Мы бы приняли друг друга.

— Я давно смирился с тем, что вам нельзя быть вместе — это очень опасно. В первую очередь для тебя. Жанна не контролирует себя в приступах ревности. Однажды она чуть не вытолкнула маленькую тебя в окно.

— Она была маленькой и ничего не понимала.

— До сих пор маленькая? Она все заварила. Хотела тебя рассорить с Артуром, втянула в этот скандал, чуть не ударила.

— Если бы не она, ты бы никогда не сказал мне о сестре? О сверхах?

Отец ответил без колебаний:

— Я — нет. Но судьба все равно столкнула тебя с Артуром.

Кстати!

— Папа, а что за договор у вас с ним?

— Даже не у нас с ним, Диана. Это общий договор, от которого меня воротит. И надо же было тебе связаться не с обычным человеком!

— Какой, пап?

— У сверхов есть древнее правило: если на женщине чужая метка, то ты три года должен выждать рядом без близости. Если за эти три года не объявится тот, кто поставил метку, и женщина не против, ты можешь поставить свою поверх.

Отец на последних словах совсем стушевался, будто ему было дико неудобно говорить об этом. А я закрыла шею рукой, словно меня уже хотели тяпнуть.

— Ни за что!

«А что будет, если этот неизвестный кусатель объявится?» — мелькнуло в голове, и по позвоночнику поползла ледяная змея ужаса.

Нет, сама покусаю! Теперь я понимаю, что легко могу быть не такой, как все, из-за своих родителей. Теперь я знаю, что я не ненормальная, я просто другая.

Мы с отцом как раз шли обратно, когда в голове вспыхнул вопрос:

— Пап, а братья знают?

— Мне пришлось им сказать, когда мы пошли за тобой. Мы думали, что тебя…

Папа замолчал, потому что мы уперлись взглядом в спину огненноволосого мужчины. Он стоял, скрестив руки на груди, и от него волнами шло раздражение. Взгляд его был устремлен в правую клетку, туда, где среди моих братьев как-то оказалась медоедка и показывала огромное тату на спине:

— Милый, смотри, какую я тут переводилку отхватила! Это свирепый лис, елы-палы! Ты же всегда хотел, чтобы я сделала что-то подобное?

Тут же стояли и Артур с Яром, и оба не сводили с меня внимательных взглядов, не обращая внимания на лисомедоедскую парочку.

Красноволосый заговорил, но было такое ощущение, что зарычал:

— Это медведь на тату, елы-палы, женщина, а свирепый лис сейчас перед тобой.

Я осторожно заглянула в лицо мужчины. Аленкин муж? Тот самый, от макушки до пят помеченный медоедкой лис? Ой, на лице действительно следы зубов.

Как там его зовут? Он глава лис?

— Максим. — Папа протянул ему руку. — За ненаглядной?

— Степан Александрович. — Мужчина коротко и напряженно кивнул и вновь посмотрел в сторону клетки. Аленки там уже не было!

— Влад, ты говорил, что у тебя из клетки даже мышь не выберется, — обратился он к шкафоподобному мужчине.

— Твоя оторва не в счет, Макс. Что-то мне подсказывает, что ее уже даже в здании нет.

Глава лис посмотрел на меня, коротко кивнул и ушел стремительным шагом.

Яр и Артур шагнули ко мне одновременно. В этот момент как раз выпустили братьев, и те просто смели меня в объятия, незаметно вытеснив сначала в холл, а потом на улицу.