Книга Академия ЗОЖ. Том 1, страница 66 – Наталья Буланова

Одна ведьма-старшекурсница, взвизгнув, схватилась за волосы, которые стали скручиваться в тугой жгут все сильнее и сильнее, а на другом конце столовой миловидная ведьма-блонди споткнулась и со всего размаху налетела на стол, попутно собирая парочку стульев. Поднос накрыл ее сверху, равномерно покрывая завтраком. Хм, пожалуй, сегодня надо любыми путями поработать над защитными рунами в комнате. Похоже, окружающие немного адаптировались к новой необычной мне и начинают смелеть.

Выходя, от души посочувствовала первокурсницам: это у меня защита автоматом бьет, иногда, правда, непрошенно, а им все приходится ловить. Видела сейчас некоторых прекрасных представительниц своего курса — заняли столики поближе к выходу и углам, вжались в стулья, и старались максимально мимикрировать с пространством. Бедняги!

Да и мне трудно было сказать, что повезло — снаружи, спрятав руки в карманы брюк, стояли эмпат-блондин и компания. To, что ребята не просто пришли раньше времени к столовой и дожидались своего часа, поняла сразу — процессия пришла в движение, как только я показалась на крыльце. Словно оттаявшие статуи или музейные экспонаты — бледнючие и хладнокровные, с каменной мимикой и угловатыми движениями. Б-р-р, аж дрожь взяла!

Внезапно прямо передо мной возник Алан, будто вырос из-под земли. Обхватил меня рукой за плечи, как закадычного дружбана и крепко прижал рукой к себе. Я оказалась где-то под подмышкой, оторопела от такого обращения, но не успела вырваться, как укротитель щедро мазанул мне чем-то по щеке, оставляя густой след крема на коже. Зловонный запах тухлой рыбы тут же подсказал ответ, что это за гадость.

— Дженн-мигрень, ты забыла свой любимый крем, — Алан старался не дышать через нос, и умело уводил меня дальше от столовой. Краем глаза заметила перекошенные лица эмпатов, но не понятно — то ли от сногсшибательного аромата, то ли от досады.

— Ты пробрался ко мне в комнату? — спросила через натянутую для окружающих улыбку. Получилось сквозь не только губы, но и зубы.

— Зачем мне самому лезть? Окно крепко закрывать не учили? — похоже, дышать сквозь амбре мази сложно не мне одной. Алан тоже говорил сдавленно, стараясь поменьше вдыхать тухляцкий запах. Постарался так постарался! Наверно, сам не рад! Зато меня поймет!

Мы как раз повернули за угол, и я стала конвульсивно выбираться из «дружеских» объятий:

— Пусти!

Но не тут то было! Алан лишь крепче сжал мое плечо, наклонил голову, а я рефлекторно прислонилась чистой щекой к его черно-красному камзолу и жадно втянула солено-пряный аромат тела, желая только одного — перебить убийственный запах мази.

Кертис застыл, а мышцы напряглись, в один миг стали стальными и жесткими.

Казалось, что вместо человека меня крепко удерживает железная махина — до того дубовым стало его тело. Зато глаза, в которые я ненароком заглянула, требовательно смотрели плавленым золотом в красной демонической дымке.

— Опять мне кровь кипятиш-ш-ь? — сдавлено выдавил демон, как есть — демон! Втянула еще раз пряно-морской аромат и тихо ответила:

— Это не я…

— Не ты? — Алан одарил меня обостренным сомнением, свободной рукой расстегнул ворот камзола и прижал меня еще ближе. — Грудь сдавило, и сердце пульсом прямо в мозг отдает.

— Может, это мазь? Не зря эту дрянь не хотело пробовать… — я почему-то шептала. И не за чтобы не призналась, что ощущала нечто схожее. Как звонко по весне стучат по земле капли с таявших сосулек, так же громко отдавало в ушах частый стук сердца. Мой или его?