Книга Адская Кошка и Цветы Жизни, страница 2 – Елена Жильникова

Почему некогда? Да потому, что после нападения Эйлана мужа иначе как сволочью и ублюдком для себя не называла и не желала прикасаться к нему. Ей было неприятно даже думать об этом. Только его появление в медпункте мокрым, несчастным, для того, чтобы понаблюдать за рождением дочери, немного смягчило молодую женщину. Мысль, что он скакал через грозу, не испугавшись пулемета на сторожевой башне, чтобы увидеть жену с Джиной, наполнила Эйлану ощущением, что, возможно, у их брака еще есть шансы на счастливую жизнь. Как он смотрел на жену, когда она кормила Джину сразу после родов, и сколько боли было в его глазах, когда Луи уносил его любимых женщин на второй этаж. Все это было настоящее, а попытка изнасилования казалась кошмарным сном. Вот и сейчас, целуя и лаская мужа, Эйлана чувствовала, что еще чуть-чуть и бросит свой эксперимент, просто разложит мужа на полу и… Дальше перед глазами – сплошная эротика. Но нельзя останавливаться, иначе она так и будет разрываться между желанием отомстить и нереализуемой страстью к своему брюнету вперемешку с обидой.

Ласковые руки сначала осторожно, затем жестко исследовали спину мужа, обрисовали мышцы торса и опустились на впечатляющий стояк. Крэг ахнул от полноты чувств и принялся толкаться вздыбленным достоинством в ладонь.

«Что ж, милый, будет тебе удовольствие, точно такое же, какое ты доставил мне».

* * *

«Эйлана, любимая! Я никогда не посмею тебя так назвать, но ты, моя королева, моя богиня, моя…»

Такая мысль промелькнула в голове черничного брюнета, когда губы жены, нежно коснувшись его губ, покрыли поцелуями его шею. Новый поцелуй, не смотря на грубость, лишил Крэга остатков мыслей, а ласковые прикосновения любимых рук возбудили не на шутку. Не осознавая своих действий, он толкнулся в ладонь жены и застонал, предвкушая удовольствие, когда женские пальцы проникли в него.

«Возьми меня, любимая!» – подумал брюнет, но вместо ласки почувствовал нечто другое. Пальцы, обтянутые латексом, насухую вторгались в его задний проход, причиняя боль.

«За что такая пытка, госпожа?» – захотелось спросить ему, но он вспомнил, как сам почти также исследовал ее тело в тот злополучный вечер и промолчал, безмолвно снося издевательства.

Наконец, жена натешилась и быстрыми движениями ладони по стояку довела мужа до оргазма. Выныривая из экстаза, он ощутил, как его руки освободились от наручников, и увидел, как госпожа стянула перчатки и, бросив их на пол, и покинула комнату наказаний. Придя в себя, он встал, поднял с пола перчатки и свою одежду, и слегка пошатываясь, направился в ванную. На двери ванной комнаты, которой жена позволяла иногда пользоваться, Крэг заметил записку. В ней говорилось: «Уехала в лагерь, вернусь вечером». Брюнет ударил кулаком по косяку и вошел в ванную.

* * *

— Как самочувствие, Пантера? Отплатила насильнику той же монетой, унизила и изнасиловала, теперь тебе полегчало? – ехидно осведомилась Эйлана у себя любимой.

Как ни странно полегчало. С ее глаз словно сняли грязное покрывало, делавшее восприятие действительности серым и безрадостным, и мир заиграл яркими красками. Девушка с удивлением заметила, что вдоль дороги по которой катил экипаж, оказывается, растут удивительные цветы самых невероятных расцветок. Нависающие над дорогой ветви засияли влажными резными листьями всех оттенков синего. Капельки росы на бирюзовой траве сверкали хрусталем в лучах утреннего солнца. Где-то в вышине пел брачную песнь мальвийский соловей, и над лесом звучала чудесная музыка, отдаленно напоминающая симфонии древних композиторов, возвещая о торжестве жизни и настраивая на веселый лад.