Книга Клыки и правосудие, страница 65 – Елена Жильникова

С каждой секундой ожидания мужчина все больше сомневался в разумности своего приглашения. Рем нетерпеливо поглядывал на часы, всерьез подумывая уехать, едва наступит назначенный час. Отчаяние грозило затопить разум, но душа еще цеплялась за остатки надежды.

Четко в оговоренное время рядом с «Импалой» припарковался темно–зеленый внедорожник. Из салона вышла привлекательная девушка и зацокала каблучками черных сапожек вверх по лестнице. На вороте бежевого пальто темнела изящная брошь. Мужчина захлопнул дверцу седана и последовал за дамой, отмеченной черным цветком. В фойе Рем заплатил за вход и еле успел заметить, как его «наваждение» сворачивает в зал современного искусства.

— Онса Прета? – несмело обратился он к невысокой русоволосой девушке в драповом пальто, с интересом смотрящую на картину с умывающимися котятами.

— Вы, я так понимаю, Рэм, – несколько прохладно отозвалась Елена, она же Онса, бросая мимолетный взгляд на собеседника. «Симпатичный спортивный брюнет лет сорока в классическом черном костюме. Скорее всего, менеджер среднего звена или ведущий сотрудник преуспевающей компании», – отметила она про себя, а вслух спросила. – Чем обязана приглашением на встречу?

— Мэм, я не знаю с чего начать, – промямлил мужчина, и дал себе мысленно подзатыльник. «Соберись, – мысленно рявкнул он на себя. – Будешь тормозить, она уйдет и больше не согласится увидеться». Взяв себя в руки, он заговорил более уверенным тоном. – Последнее время я сам не свой. Спать не могу, все из рук валится. В сентябре увидел ваш танец в клубе «Лео» и потерял покой. Все время перед глазами вы. Ваше представление – это… – Рем замялся, подбирая слова. – Это… материализация моей юношеской мечты. Мои настойчивые просьбы о встрече, наверное, кажутся вам непозволительно наглыми. Даже вызывающими, но… Но я ничего не смог с собой поделать. Я должен был снова вас увидеть… Мне это жизненно необходимо…

Онса внимательно слушала собеседника, неспешно гуляя по залу, и любовалась полотнами маститых художников, не отвечая, но и не прерывая. Молчание сбивало с толку. Рем боялся, что его неправильно поймут и отвергнут. Он говорил и говорил, волнуясь и запинаясь, как юнец на первом свидании. Наконец, брюнет выдохся и умолк, не зная, как еще выразить охватившие его чувства.

Онса надолго задержалась перед картиной на романтическую тему. Посреди вымощенного грубым камнем двора, увенчанная серебряной тиарой златоволосая девица в красном платье с наборным медным поясом на талии бьет по лицу коленопреклоненного парня в парадных доспехах, смиренно склонившего голову. За спиной красавицы высится башня средневекового замка. В нижней части рамы висела медная табличка «Акколада».

— Никакой наглости я пока не услышала, сэр, – мягко произнесла девушка, изучая ценник понравившейся картины. – Что именно вы ждете от нашей встречи?

До Рема не сразу дошел смысл сказанного. Его глаза удивленно распахнулись. Холодная леди снизошла до ответа. Брюнет получал удовольствие от одной возможности находиться рядом с очаровательной незнакомкой и внимать ее негромкому приятному голосу, не особо надеясь на столь благосклонную реакцию. Действительно, чего он добивался, умоляя о свидании? Не станет же Онса Прета повторять свой номер для незнакомого мужчины? Или станет?