Книга Счастье придёт весной. Песнь белого Волка, страница 93 – Александра Каплунова

Вокруг же танцевали полуголые фигуры с бубнами. Они что-то ритмично напевали. Остальные стояли неподалеку и молча наблюдали.

— Шаманы, — едва слышно прошептал Векто. — Они проводят ритуал. Нам нужно обойти их стороной. Если хотя бы один из них взглянет на меня, точно почувствует обман.

— В каком смысле? — я едва оторвалась от этого жуткого зрелища. Не то что я была против побыстрее отсюда сбежать, но хотелось бы понимать, на что способны местные.

— Они поймут, что моя кровь не янгварская. Они умеют... чуять такие вещи.

Я невольно задрожала. Передернула плечами. Это все уже не было похоже на какой-то затянувшийся разведывательный поход. Или хотя бы опасное приключение.

Это был настоящий кошмар наяву. Думала ли я, что когда-нибудь окажусь в похожей ситуации?

Векто подтолкнул меня в спину, и мы двинулись вдоль края площади, стараясь держаться в тенях. Я шла, опустив голову, но украдкой наблюдала за происходящим. Янгварцы встречались нам на пути. Их лица, раскрашенные, как оказалось, не только красным, но и черным, и белым, делали их похожими на демонов. Похоже, каждый цвет имел свое значение. И здесь, сейчас, в центре этой вакханалии, мы могли наблюдать их разнообразие.

Мы почти миновали большую часть лагеря. Я уже даже видела расщелину в скале, о которой говорил Векто. Когда путь нам преградили трое янгваров. От них несло кислятиной и еще чем-то мерзопакостным.

Самый высокий из них что-то прорычал, указывая на меня.

— Он спрашивает, куда я веду такую сочную добычу, — перевел мне Векто, делая вид, что потянулся развернуть меня к ним. А после громко ответил что-то на их языке.

И то, с каким тоном он это сделал, еще и дернув меня как следует, мне совсем не понравилось. Я заставила себя замереть, не рваться и не распутывать руки из веревок. Дикарей здесь было слишком много, чтобы я сумела отбиться.

Янгвары же на его фразу рассмеялись, а один подошел ко мне и схватил за подбородок, желая заглянуть в мое лицо.

Гнилое дыхание опалило мне щеку. Глаза его были красными и почти стеклянными от хмеля.

Он провел пальцем по моей щеке, и меня едва не вывернуло от отвращения.

— Гаста руш ва хамме, — Векто дернул меня за веревку, вырывая из рук янгварца.

Тот нахмурился и недовольно глянул на моего провожатого. А после что-то спросил резким тоном. Видать, не понравилось ему, что Векто жадничает. Они снова стали переговариваться.

Уж не знаю, откуда Векто так хорошо знал их язык, вряд ли научился за время в плену, но если он не из местных, каков риск, что его все же раскроют?

Шаманы тем временем все активнее танцевали вокруг костра. Ритм барабанов усиливался, набирал скорость. Что-то во мне тоже начало реагировать на него. Даже спор этих двоих отошел куда-то на десятый план. Меня словно звало туда, к огню. Я слышала его рев. Слышала треск. Слышала в нем звериный рык. Будто из самого огня на меня смотрел какой-то зверь.

— Хаата-ши, — слова сами сорвались с моих губ. Я невольно шагнула вперед, ощущая невозможную тягу оказаться там.

Кажется, янгварец и Векто заметили это. Потому как оба резко повернулись ко мне.

— Саарас ва катта? — произнес дикарь… И у меня в голове будто само собой вспылыло понимание — “Что она сказала?”.

— Хаата-ши, — повторила я, совершенно не понимая, что это значит.