Книга Изменить судьбу. Пекло для истинного, страница 146 – Наталья Буланова

— Потому что вы можете распустить языки, ясное же дело!

— Как и вы. Как. И. Вы.

Молодой солдат, что держит Руни, нервно сглатывает. Я вижу, как дергается его кадык. Он смотрит на усатого, и в его взгляде зарождается тот самый червячок сомнения, который мне так нужен.

— Заткни ей рот, Бов! - рявкает тот, что стоит за моей спиной.

Его нож сильнее давит на позвоночник, и я чувствую, как по спине, там, где сталь вспорола платье, пробегает струйка холода, которая превращается в тепло.

Кажется, это моя кровь.
Я перевожу взгляд на отца. Он смотрит на меня с гордостью и страхом за мою жизнь. Его губы едва заметно шевелятся, и я читаю по ним: “Осторожней, дочка”.

— Не слушайте ее! Она баба хитрая, зубы заговаривает! - возмущается солдат Ройла.

Но я не замолкаю. Наоборот, повышаю голос, обращаясь уже не к главарю, а ко всем, кто здесь есть.

— Подумайте, зачем Ройлу таскать за собой ходячее доказательство своего преступления? Вы думаете, он захочет, чтобы кто-то знал его грязный секрет? Чтобы кто-то мог его шантажировать?

— Генерал так в нами не поступит! - внезапно выкрикивает молодой солдат, тот, что держит Руни. - Мы прошли с ним через ад! Он не ударит в спину!

Усатый бросает на молодого быстрый, заставляющий замолчать взгляд, но я успеваю ухватиться за его слова, как утопающий за соломинку.

— Не ударит в спину? - я горько усмехаюсь, и в этом смехе. - А что он делает с Дейром, своим племянником? А это родня, которая ничего плохого ему не сделала. Дейр просто тот, кто первым разоблачит поддельного императора, и Ройл это знает!

Я вижу, как мои слова достигают цели. Они бьют по самому святому - по их боевому братству. Эти люди, покрытые шрамами, закаленные в битвах, понимают только один язык воинской чести. И я только что показала им, что их генерал эту честь растоптал. Честь Дейра.

— Генерал - достойнейший из мужчин! - рычит Борв, но его голос уже не так уверен.

Он смотрит на своих товарищей, ища поддержки, но находит лишь отведенные в сторону взгляды и напряженные челюсти.

— Он мудро поведет страну! - добавляет уже менее уверенно.

— Мудрый правитель начинается с честного предательства? - я качаю головой, чувствуя, как кровь из раны на спине тонкой струйкой ползет вниз по позвоночнику. - Славное начало. Сперва предать своих, потом тех, кто помог ему захватить власть. Вы расходный материал, и в глубине души вы это уже поняли.

В комнате воцаряется такая тишина, что я слышу, как бьется мое сердце. Я смотрю на молодого солдата. Он смотрит на усатого. Усатый смотрит на меня. Создается какой-то треугольник напряжения.

И тут молодой разжимает пальцы. На долю мгновения его хватка на плече Руни ослабевает.

Сработало! Я достучалась!

Но усатый видит это, и его глаза сужаются. Он понимает, что теряет людей и контроль. И в его взгляде вспыхивает такая ярость, что мое сердце обрывается.

— Закройте ей рот, я сказал! - орет усатый и делает шаг ко мне, занося руку для удара.

И тут дверь мастерской разлетается в щепки.

Я рефлекторно зажмуриваюсь. Ветер ударяется в лицо вместе с пылью и деревянными осколками.

Кто-то входит уверенными шагами, и мое сердце сначала останавливается, а потом пускается вскачь.

Убийственно спокойный знакомый голос пробирает до дрожи:

— Отпустите их, и умрете быстро.