Книга Принц, сбежавший от ярости звезд, страница 40 – Чэн Ю Ли

— И никогда бы не предала меня? С чего вдруг? Чем я мог заслужить такую преданность с твоей стороны? Ты пришла из пустоши, притворялась Изгнанницей, терпела все унижения. Но ты не рабыня и даже не служанка. В слепую влюбленность я тоже не поверю. Ты отстранилась от меня сразу же после той ночи в купальне. Даже после ритуала, в который тебя втянули против воли, ты все стерпела и осталась подле меня. Признайся мне, зачем все это было? – Вей до боли сжал руку девушки, в которой та держала предательский листок, в его глазах полыхал опасный огонь. – Назови мне причину, из-за которой я не должен убить тебя.

— Я столько времени была возле вас. Если бы я собиралась убить, то давно бы сделала это.

— Допустим. Тогда поклянись, что никогда не предашь меня.

Сюэ замерла с приоткрытыми губами. Она помнила, что должна оберегать принца, лишь пока он не откроет ворота. Потом ее задача – украсть Жезл. Что это, если не предательство?

В центральном зале становилось все больше народу: советники, генералы и другие воины, осматривающие храм, – все в итоге оказывались здесь, а заметив разыгрывающуюся сцену, замирали в нерешительности. Вскоре в толпе показался Жоу.

— Мой господин, я могу вам чем-то помочь? – главный слуга поспешил к принцу, взволнованный происходящим.

— Среди подарков, дарованных наложнице, был этот браслет? – не отрывая взгляда от бледного лица девушки, спросил Вей.

— Простите, я не помню такого украшения.

— Но он был в шкатулке, – возразила Сюэ. – Пожалуйста, поверьте мне.

— Я в последний раз спрашиваю, кто ты и зачем находилась подле меня?

Сюэ терпеть не могла ложь, но сейчас ради своей цели должна была соврать, глядя в глаза этому мужчине.

— Вы правы, я не служанка и не рабыня. Я благородная девушка из семьи Цин. Меня похитили разбойники, но мне удалось сбежать. Я случайно оказалась в пустоши и чуть не погибла. А когда примкнула к армии, меня приняли за Изгнанницу. Да, со мной плохо обращались, но зато брезговали как женщиной. Ради этого я и терпела все унижения. А подле вас оставалась потому, что рядом с вами для меня было безопасно.

— Тогда почему, когда между нами завязалась симпатия, ты сразу же отстранилась от меня.

— Я надеялась однажды сбежать, а если бы забеременела, то мне бы это уже не удалось.

— Сбежать? Мы прошли столько людских городов и крепостей, были у врат столицы, почему же ты не сбежала?

— Я… – Сюэ замялась.

— Лгунья, – разочарованно произнес принц.

— Нет, я…

Но принц уже не слушал, он подтолкнул наложницу к алтарю.

— Я проявлю милосердие и не стану пытать тебя. Но свое слово сдержу. Пусть это станет предупреждением для тех, кто участвует в заговоре вместе с тобой.

— Я не причастна к засаде, прошу…

— Я преподнес великому Минчи дары и просил покровительства. Вероятно, это его дух помог мне, раскрыв предательницу. Будет справедливо преподнести теперь и твою жизнь ему в дар. – Вей достал кинжал.

— Прошу, не надо…

— Я хотел бы тебе верить, правда. Но… – На лице принца отразилось искреннее сожаление.

Как бы тяжело ему ни было нанести этот удар, но ни жалость, ни слабость не должны быть ведомы правителю, иначе его уничтожат, а он уже привык бороться за свою жизнь, карабкаться наверх, наивно полагая, что там безопаснее. Нет, такому, как он, полукровке, опасность и предательство всегда будут дышать в спину. Он может быть на шаг впереди, однако игра на выживание никогда не закончится.