Книга Поцелуй железа, страница 43 – Клэр Сейджер

Живот скрутило, свернув и печенье, вкусом которого я наслаждалась совсем недавно.

Должен быть какой-то другой способ, чтобы сблизиться с Бастианом и не навредить ни в чем не повинной женщине.

— Почему тогда просто не нанять ее, раз она уже рядом с ним?

В его глазах сверкнула молния, а его губы сжались.

— А, – я округлила глаза, сдержав смешок, – вы уже пытались, да? Но она отказала.

На этот раз молния промелькнула не только в его глазах: брови сошлись вместе, на шее проступили жилки, плечи ссутулились.

Мне был знаком этот взгляд. Я видела его у папы за секунду до того, как бились тарелки, но это было так давно.

Может, именно поэтому я успела только вздохнуть и сделать пол шага назад, прежде чем Кавендиш схватил меня. Сердце врезалось в грудную клетку, а спина – в стену. Я подавила свое недоумение и, чуть дыша, уставилась на него.

Он схватил меня за подбородок, а другой рукой провел по груди чуть ниже ключицы.

— Не смей, черт возьми, лезть мне в голову, Кэтрин. Ты здесь, потому что я выбрал тебя для этой работы, но не обольщайся, думая, что некем тебя заменить. В мире полно рыжих женщин, которых я могу отправить в постель к Марвуду. Ты не особенная.

Мне хотелось плакать.

Мне хотелось смеяться.

Потому что он думал, что открыл для меня что-то новое. Я и не особенная. Никто не особенный. Я просто пытаюсь справиться с этой жизнью. Я просто пытаюсь выжить. Это все, что мы все делаем.

И что он сделал? Надавил мне на спину? Папа не бил меня, нет, но он держал весь дом в страхе. Крики, от которых закладывало в ушах. Осколки посуды, разбросанные по полу. Он запирал Эвис в чулане, когда она не слушалась, а такое случалось часто. Я жила в этом.

Но что более важно, я пережила это. Я могу пройти через все, что он мне подкинет.

Я напоминала себе об этом, слабо и поверхностно дыша, пока воспоминания толпились на краю моего сознания, готовые вот-вот вырваться наружу.

— Хм, – Кавендиш приподнял бровь, наблюдая за мной. – В тебе есть какой-никакой стержень. Интересно.

Грудь сдавило еще сильнее, когда он вдавил меня в стену.

— Даже если и так, то я плачу тебе за работу. Ты понимаешь, что это значит? Кто, по-твоему, должен собирать информацию?

Покорность. Единственный способ выжить в такие моменты, как этот, и с такими мужчинами, как он. Я кивнула.

— Хорошо, – Кавендиш улыбнулся как ни в чем не бывало, поправил мои волосы и вырез платья. – О том, чтобы поручить эту работу Гранвиль и речи быть не может. Убрать ее – единственный способ. Опозорьте ее. Раскройте незаконную связь, мятежные идеи – вы понимаете, о чем я.

Пытаясь проглотить ком в горле, я спросила:

— А если она ни в чем таком не замешана?

— Боги милостивые, Кэтрин, неужели вы думаете, что правда имеет значение? – он закатил глаза и повернулся к шахматной доске у камина.

Это была начатая партия, и по количеству оставшихся фигур казалось, что белые побеждали.

— Вы теперь при дворе – вы должны вступить в игру, – Кавендиш взял черную пешку и показал на меня. – Подтасуйте реальность под свои цели. Манипулируйте женщиной в трудном положении. Подделайте письма, доказывающие ее предательские намерения. Подставьте ее. Мне все равно, как, но вы должны сделать все, чтобы она потеряла это место.

На место пешки встала другая фигура, и Кавендиш выпрямился, властно глядя на меня.