Книга Убийство проклятого принца, страница 93 – Клэр Сейджер

— То, что случилось с твоей сестрой… – Она покачала головой и вытерла щеки. – Это ужасно. А ты… – Селестина сжала губы и долго смотрела на меня, прежде чем продолжить. – Ты проделала всю эту работу одна и все равно не добилась справедливости ни для нее, ни для себя.

Я чуть не выронила свой напиток, услышав эти слова.

— Для меня? – Я усмехнулась, хотя горло пересохло от слез. Я впервые кому-то рассказала нашу историю, и мои вновь обретенные эмоции не позволили мне пережить ее без слез.

Девушка нахмурилась, склонив голову набок.

— С вами обеими поступили несправедливо. Вы рано осиротели, вам пришлось справляться со своей пробуждающейся магией в одиночку. А потом… – На ее лице дрогнул мускул. – То, как «Позолоченные солнцем» воспользовались вами обеими.

— Воспользовались? Я никогда не делала того, чего не хотела…

— Скажи мне, Зита, какую долю они брали из твоих «частных выступлений»?

— Только четверть. Хотя не уверена…

— Только. Они продавали тебя любому, у кого было достаточно денег, и получали свою долю. Они знали, что ты в отчаянии, что у тебя никого не осталось после смерти сестры, и набивали карманы, разместив тебя на своих плакатах и пообещав интимный опыт для тех, кто мог себе это позволить. Теперь скажи мне, что значит «только». Они использовали тебя. – Несмотря на этот порыв, на ее лице не было и следа гнева. В глазах Селестины была только мягкость, уголки рта опущены вниз, и видны все эти ужасные признаки жалости.

Я поделилась своей историей не потому, что хотела, чтобы меня жалели, нет. Возможно, Селестина знала, кто убил Циннию, и моя исповедь подтолкнет ее к признанию.

— Я не хочу… Дело не во мне. – Я стиснула зубы.

— Твоя же жизнь не связана с тобой?

Нет.

Ответ возник у меня в голове, но я прикусила язык, чтобы он не выдал меня. Моя жизнь не была связана со мной. Она связана с Циннией и попыткой отплатить ей за то, что та всегда заботилась обо мне.

Справедливость. Месть. Называйте это как хотите, но мне нужно было добиться этого для нее.

— Я имею в виду это. Именно это. – Я ударила ребром ладони по подлокотнику кресла. – Ты все это время дружила с Сефером. Ты, должно быть, знаешь о той ночи. И теперь понимаешь, почему это так важно. Кто ее убил?

Вздохнув, она опустила голову.

— Я не знаю.

— Лгунья, – выдохнула я, и мой бокал запотел. Я вскочила на ноги. – Лгунья. Ты должна знать. – Я ткнула в девушку, чувствуя, как магия бурлит в венах.

Но она не ответила на мой гнев тем же. Селестина смотрела на меня прямо, в ее глазах светилась печаль, и она покачала головой.

— Мне жаль, Зита. Я правда не знаю. И ты сама понимаешь, что я не могу об этом солгать.

Конечно, она не могла. Она была чертовой фейри.

Я убрала руку, прежде чем успела произнести проклятие. Каждый вздох давался мне с трудом, и пришлось повернуться к Селестине спиной, чтобы она не увидела, как искушение бурлит у меня под кожей.

Я злилась на нее за ее вопросы, за жалость, за неспособность помочь, но это не означало, что она заслуживала моего проклятия.

— Я хочу спать, – выдавила я, глядя в огонь.

— Звучит разумно, – тихо ответила девушка.

Я услышала, как она убрала графин и поправила одеяло.

Для меня.

Ее забота сдавила мне горло. Доброта. Дружба. Это было то, что Селестина предлагала мне снова и снова, а я ничего из этого не заслуживала.