Книга Симбиоз. Моя чужая вина, страница 78 – Майя Фабер

Том подошел поближе, нехотя заглянул в пустую кроватку.

— Давно?

— Восемь лет.

— Мне спросить?

Финн покачал головой.

— Леони, — он кивнул в сторону койки, — и Ида.

— Как?

— Родственными связями, — ядовито усмехнулся Финн. — Ее отец сдал. Мы только успели пожениться, родилась Леони. Обязательное сканирование новорожденных лет десять как отменили, и Ида, она… — он глубоко вздохнул, — она верила в мир, в людей, вообще во все хорошее. Говорила, что малышке ничего не сделают, а когда она подрастет, мы уйдем. Куда-нибудь уйдем, да хоть в Коалицию.

Том ждал продолжения рассказа, не оригинального, но страшного. Человеческие семьи в Коалицию приходили не часто, но и удивительным это не было. Когда около сорока лет назад статистика и наблюдения показали, что на планете сократилось количество выкидышей, а часть новорожденных и подрастающих детишек принялась демонстрировать чудеса физического развития, проблема сосуществования видов вышла на новый уровень, перейдя сначала в страх, ненависть, попытку истребления, а потом в затяжную гражданскую войну. Вот только для некоторых родителей дети всегда оставались детьми, и неважно, на сколько процентов они были не людьми.

— К нам приехали ночью. Через три месяца после родов, — хриплым шепотом рассказывал Финн. — Ее отец был с ними. Дорогу показывал, — усмехнулся. — Брызгал слюной и вопил, что хаарс в его роду не будет. Что мы ему не семья. Что он долг свой исполняет. Вопил, чтобы они забрали ребенка. Не ребенка — отродье.

Том хотел положить руку ему на плечо, но не рискнул и опустил обратно.

— Иду забрали вместе с Леони. Я тогда подумал, зачем? Она ведь человек, они не могут просто так взять и убить ее. Понял потом, что они могут все. Но они не собирались так быстро ее убивать. Я искал. Годами. Безуспешно. Все от меня отвернулись. Под конец даже в полиции гнали и избивали.

— Нашел?

— По тем записям, да. По обрывкам локационных данных. По лицам людей с видео. Они все мертвы, знаешь. Но было уже поздно. Слишком долгий путь до этой работы, до знакомства с Фуксом, до достаточного доверия. Только… записи остались.

— Они?

— Нет. Она сама. Ида. Давно, в первый год. Она избавила дочь от этого всего. А потом покончила с собой. Они… там, на записи, пытались ее наказать, что-то кричали, тащили ее в кресло. Но ей уже все равно было. Она и себя освободила.

Том решил не уточнять — как.

— А ее отец?

Финн с горечью усмехнулся:

— Я бы его на кусочки порезал, чтобы узнать, кого он вызвал и где нашел. Только этот урод к утру сам застрелился.

— Понятно.

Понятно, что совсем не понятно, однако тому человеку потребовалось три месяца, чтобы найти, кому нелегально сдать ребенка, а Финну не хватило восьми лет. Они явно умели заметать следы.

Том перевел тему:

— И много там таких записей?

— В «Поддержании»? Прилично, — подтвердил опасения Финн. — Я почему-то сразу думал, что искать надо там. Жаль, что так легко их не достать. Эту систему вообще невозможно взломать снаружи. Если у нас получится добраться до места Бригера, я думаю… Честно говоря, не знаю, что, просто…

— Месть.

— Справедливость.

Том кивнул, мысленно соглашаясь. Ему не было дела до проблем и реальных мотивов обитателей трейлера и Дыры. Но с Финном его объединяла ноша другого сорта.