Книга Дракон без лица или вдова для дракона, страница 140 – Елена Байм

Он рассмеялся, низко, гортанно и очень самоуверенно:

— Меня никто и ни к чему не может принудить.

Я поняла, что на эту тему с ним бесполезно спорить. Его самоуверенность была броней, которую не пробить прямыми аргументами. Нужно было заходить с другой стороны.

— Хорошо, — сказала я, меняя тактику. — Тогда скажи мне вот что. Почему ты заставил Хитэма отказаться от дочери?

Его улыбка померкла. Он отвернулся, и в его голосе зазвучал холод:

— Я дракон из рубинового клана. Чистая кровь. А она родилась другой.

Он помолчал, и я услышала горечь в его голосе:

— Такая дочь мне не нужна. Она — брак.

У меня внутри все сжалось от таких слов и во мне закипела злость. И тогда я решила бить по больному.

— Скажи мне, дракон. А если у нас с тобой, истинных, тоже родится дочь… как ты будешь к ней относиться?

Он замер. Посмотрел в мои глаза, и я увидела, как его взгляд изменился — стал мягче, теплее.

— Я буду ее любить, — сказал он, и в голосе его неожиданно зазвенела нежность. — Буду беречь и лелеять. Я не позволю и слезинке пролиться на ее лице. Если надо — отдам за нее свою жизнь.

Я кивнула, довольная тем, что пока все идет, как надо:

— А теперь представь, что она выросла. Вышла замуж за любимого дракона. У них родился сын или дочь. Но так получилось, что ребенок пошел в нее — родился рубиновым, а ее муж из другого рода. И его дракон отторгнет его. Скажет, что ее дитя бракованное. Велит избавиться от него. Убить.

Дракон тотчас же помрачнел. Его глаза вспыхнули янтарным огнем, и он заревел так, что задрожали стекла:

— Не позволю!!!

— А вдруг так получится, что к этому времени тебя уже не будет в живых? — тихо спросила я. — Как у бывшей жены Хитэма… Ей не повезло. Ее отец умер и не смог защитить дочь… от тебя…

Он замер. Я видела, как борются в нем ярость и осознание, как его звериная натура впервые сталкивается с последствиями своих же решений.

Прошло минут десять, я видела, как он поник. Втянул голову в плечи, опустил глаза в пол. Он молчал, и я его не торопила.

Наконец он поднял голову, и я увидела в его глазах то, чего не ожидала увидеть никогда — раскаяние.

— Я был не прав, — произнес он тихо. — Я жестоко поступил с дочерью. Но уже ничего не исправить и не вернуть.

— Неправда, — сказала я мягко. — Ты можешь попросить прощения. Потому что она будет расти и нести в себе боль. Боль от того, что родной отец вышвырнул ее, отказался от нее. Ей будет больно, дракон. Она будет бояться вступать в брак, бояться, что ее муж поступит с ее дочерью точно так же. И что ее никто не защитит.

Он закрыл глаза. Я видела, как его руки сжимаются в кулаки, как ходят желваки на скулах.

— Я ее защищу, — сказал он наконец. Голос его звучал глухо, но твердо. — Я обещаю. Я все осознал.

Я выдохнула, чувствуя, как напряжение меня отпускает.

— Хорошо. А теперь давай поговорим о наших с тобой отношениях. — помедлила. — Я хочу, чтобы ты знал, если ты будешь на меня давить, будешь запрещать общаться с мужчинами, бить их, ревновать меня, я терпеть не стану. Я не буду с тобой спать. Не буду с тобой жить. Ты же мой истинный — ты должен чувствовать, что я говорю правду.

Дракон напрягся, шагнул ко мне. Его глаза горели, он сжал кулаки, и я видела, как внутри него борется зверь, привыкший брать свое силой. Он хотел возразить, хотел рявкнуть, настоять на своем.