Книга Пара для Дракона: Секрет Попаданки, страница 8 – Алекса Рид

— О, всегда найдешь, к чему придраться, — парировал он, и в его голосе не было привычной сухости, только лёгкая игра.— Может, кофе? Принёс с собой, ароматный.Он подошёл и поставил передо мной фарфоровую чашку с дымящимся напитком. От него пахло настоящими, дорогими зернами и кардамоном. Я смотрела на чашку, потом на него.

— Что случилось? — спросила я наконец, отбросив всякую осторожность.— С чего это вдруг… такое? Опять пытаетесь за мной поухаживать?Он сел на угол моего стола, игнорируя все правила субординации и приличия. Его настроение было настолько заразительным, что моя паника на секунду отступила, уступив место острому, щемящему любопытству.

— Пожалуй, да, — легко согласился он.— Только на этот раз без подтекста и скрытых мотивов. А случилось то, что я проснулся сегодня самым свободным драконом во всём королевстве.

Я уставилась на него, не понимая.— Моя драгоценная супруга, — продолжал он, и в глазах вспыхнула та самая золотая искорка, но на этот раз от чистого, безудержного веселья,— Кларис, со всеми её ледяными прелестями, сегодня на рассвете сбежала. Прихватив с собой приданое, фамильные драгоценности моей матери и, кажется, ещё пару ценных картин со стены.

У меня отвисла челюсть.— Сбежала? Куда?— А кто её знает? К любовнику. К матери. В далёкие страны. — Он махнул рукой, будто отгонял надоедливую муху.— Суть не в этом. Суть в том, что она сбежала первой. Нарушила договор. И теперь все магические клятвы, связывавшие нас, аннулированы. Я свободен, Фрида. Абсолютно. И знаешь что? Мне даже не жалко этих драгоценностей. Деньги? Их наживут. Я не чувствовал себя таким… лёгким, наверное, со времён юности.

Он говорил с таким искренним, почти мальчишеским восторгом, что мне стало странно. Этот холодный, всегда контролирующий себя дракон вдруг сбросил тяжёлую мантию, и под ней оказался… живой человек.— А… а записка? — спросила я, едва найдя голос. — Она что-то написала?

— О, да! — Он с тем же смехом достал из внутреннего кармана камзола сложенный лист тонкого пергамента с гербовой печатью и протянул мне.— Шедевр лицемерия. Прочти.

Я взяла. Чистый, изысканный почерк. «Амель. Наши пути разошлись. Я ухожу за своим счастьем. Не ищи. Кларис». Коротко, холодно и беспощадно. Совсем не похоже на многословную, пафосную угрозу Тома, но подчерк…

— И… и всё? — переспросила я.— Всё, — он забрал записку обратно и небрежно сунул в карман.— Больше мне от неё ничего не нужно.

Во мне что-то ёкнуло. Глупая, безумная надежда. Они сбежали. В один день. Он… свободен. И я… Я замялась, глотнув ароматный кофе. Он обжигал язык, но этот вкус был лучше всего, что я пила за последние пять лет.

— Мой муж тоже ушёл, — выпалила я, не глядя на него.Амель замер. Веселье в его глазах сменилось вниманием, острым и быстрым, как удар кинжала.— Очень интересное совпадение, — произнёс он мягко.— И тоже оставил записку, — добавила я и сразу же пожалела.— И что же он написал? — Его голос стал тише, но в нём появилась стальная нить.

Я потупилась. Показать ему эту записку? Раскрыть, что Том не просто ушёл, а шантажирует меня? Что я — чужачка, за голову которой дают награду? Страх, острый и мгновенный, пересилил всё. Нет. Ни за что.

— Ничего важного, — пробормотала я. — Просто что уходит. И почерк был не его… Один в один твоя жена…Я почувствовала, как его взгляд изучает меня, будто пытаясь прочесть между строк моего лица. Но он не стал настаивать.