Книга Пара для Дракона: Секрет Попаданки, страница 27 – Алекса Рид

Во мне всё сжалось.— А если… если после всего этого я скажу «нет»? Если я решу, что хочу быть одна? Или… — голос предательски дрогнул, — или просто не смогу ответить тебе тем же?Он улыбнулся, и в этой улыбке была странная, печаль.— Тогда я отступлю. Без обид, без упрёков. У меня достаточно денег, чтобы списать одну убыточную, но очень важную для меня инвестицию. Давить я не буду. Слово дракона.

В его тоне была такая непоколебимая уверенность, что даже моё измученное подозрениями сердце поверило. Он не врал. Он действительно предлагал сделку, но такую, где вся власть, в конечном счёте, оставалась у меня. Это было и пугающе, и невероятно соблазнительно.

— Почему? — прошептала я.Он задумался, его взгляд снова ушёл в прошлое.— Ты живая, настоящая — сказал он просто.— В тот день, когда ты ворвалась в кабинет, ругаясь на каком-то диковинном языке и чуть не снесла дверь плечом… ты принесла с собой надежду. Сквозняк в затхлой, предсказуемой жизни. Ты злишься, падаешь, поднимаешься, снова злишься. Ты неидеальная. А я… я слишком долго жил среди идеальных, холодных вещей. Картин, договоров, безупречных манер. Мне надоело совершенство, Фрида.

Он помолчал, а потом добавил, почти про себя:— И в твоих глазах, когда ты не пытаешься что-то скрыть… там есть огонь. Тот самый, которого не хватает в драконе, забывшем, что значит гореть.

Мы сидели молча, и его слова висели между нами, тёплые и тяжёлые, как шерстяное одеяло. Лесной холод начал по-настоящему пробираться под одежду, заставляя меня слегка вздрогнуть. Я потянулась к костру, но тепло уже угасало.

— Пора спать, — сказал Амель, поднимаясь с ловкостью, удивительной для его размеров.— Завтра рано вставать. Нужно нагнать их.Он потушил костёр, засыпав угли землёй, и отодвинул полог палатки.Внутри было тесно и темно. Он разложил спальные мешки, оставив между ними сантиметров тридцать пустого брезента. Я залезла в свой, скрючившись калачиком. Холод от земли просачивался сквозь тонкое дно, дрожь пробежала по телу. Я закуталась глубже, но тепло не приходило.

— Холодно? — раздался его тихий голос в темноте.— Немного, — призналась я, стараясь, чтобы зубы не стучали.Послышался шорох. Он повернулся на бок, лицом ко мне. В слабом свете звёзд, пробивавшемся сквозь ткань, я видела лишь смутный силуэт.— Мешки можно расстегнуть и застегнуть вместе. Будет намного теплее. И… — он сделал паузу, — я могу просто обнять тебя. Чтобы согреть.

В темноте моё лицо пылало. Разум кричал, что это ловушка, что это граница, которую нельзя переходить, что всё станет ещё сложнее. Но тело, измученное стрессом и холодом, умоляло о тепле. О том самом островке безопасности, который я уже один раз инстинктивно нашла на корабле.— Я… — голос сорвался. Я сглотнула. — Ладно. Только… только чтобы согреться.

— Только чтобы согреться, — повторил он, и в его голосе послышалась улыбка.Послышался звук расстёгивающейся молнии. Потом его руки осторожно накрыли меня вместе со спальным мешком, притянули к себе. Он лежал на спине, а я оказалась прижатой боком к его груди, головой уткнувшись ему под плечо. Тепло Амеля было почти обжигающим после ночного холода. Я замерла, каждым мускулом ощущая твёрдый мышечный рельеф под его тонкой рубашкой, его размеренное дыхание, стук сердца где-то глубоко внутри, мощный и ровный.