Книга Пара для Дракона: Секрет Попаданки, страница 22 – Алекса Рид

— Ты совсем рехнулся?! — закричала я. — Как ты смеешь?!— Как я смею? — его голос был по-прежнему тихим, но в нём дрожали сдерживаемые эмоции. — Как ты смеешь?! Ты флиртуешь с первым встречным барменом, пока я…— Я не флиртовала! Я работала! Я выведывала информацию! И, между прочим, я её получила! Они были здесь! Том и Кларис! Они уехали сегодня утром!— Мне плевать! — выкрикнул он, и это был первый раз, когда я видела его полностью вышедшим из себя. Он сорвал с себя камзол и швырнул его на пол. — Я видел, как ты ему улыбалась. Как ты наклонялась к нему. Ты так никогда не смотрела на меня!

В его словах была такая голая, неподдельная боль, что моя собственная ярость на миг отступила, сменившись шоком.— О чём ты вообще говоришь? Я просто пыталась его разговорить!— Знаю, как «разговаривают» такие, как ты! — он провёл рукой по лицу, и в этом жесте было столько отчаяния, что сердце у меня сжалось. — Пять лет. Пять лет я смотрел на тебя. Пять лет я ловил эти твои папки, слушал твои глупые ругательства, видел, как ты мучаешься с тем ничтожеством. Я взял тебя на работу не потому, что ты была лучшим архивариусом, боже упаси! Ты была худшей из всех кандидаток! Я взял тебя потому, что увидел тебя однажды в канцелярии, как ты ругалась на сломанную печать, и понял… понял, что хочу видеть это каждый день. Хочу быть тем, кто подхватит твои папки. Хочу слышать твой смех. Я женился на Кларис по договору, но всё это время… всё это время мои мысли были о тебе.

Он выдохнул, словно сбросил неподъёмный груз, и его плечи слегка поникли. Вся ярость из него ушла, осталась только усталость и эта оголённая, пугающая правда.

Я сидела на кровати, не в силах вымолвить ни слова. В голове гудело. Он… он специально? Взял меня на работу из-за… этого? Все эти годы его колкости, его насмешки, его внезапная помощь — всё это было…

— Ты сумасшедший, — прошептала я наконец.— Возможно, — он горько усмехнулся. — Но это не меняет сути. Я видел, как ты с ним. И что-то во мне… сорвалось. Я не могу. Я не могу просто наблюдать, как ты играешь в эти игры с другими, даже если это «работа».

Он подошёл к камину и облокотился о каменную кладку, глядя на огонь. Тишина в комнате повисла густая, тяжёлая. Я смотрела на него, и все мои страхи, все расчёты вдруг показались мелкими и неважными рядом с этой тихой исповедью. Он рисковал репутацией, нарушал правила, годами носил эту тайну в себе. Сейчас явно не лучший момент, чтобы просить у него денег, да?

Тишина в номере была густой, тяжёлой, как подушка, которой можно задушить нахального дракона. Я смотрела на спину Амеля, на напряжённые плечи под тонкой ткань рубашки, и чувствовала, как внутри меня борются два урагана. Один — яростный, обидчивый, требовал кричать, топать ногами, тыкать ему в лицо его же признанием: «Пять лет! Пять лет ты молчал и строил из себя начальника-сноба, а я тебе нахрен не нужна!» Другой — холодный, практичный, циничный, нашептывал: «Дело, Фрида. Сначала дело. Выкуп. Твоя жизнь. Потом разберёшься с чувствами, держи себя в руках, девочка».

Победил, конечно, второй. Потому что страх всегда сильнее гордости.

Я глубоко вдохнула, заставляя голос звучать ровно, почти деловито.— Они забыли часть багажа.Амель не обернулся, лишь чуть склонил голову, давая понять, что слушает.— Бармен сказал, — продолжила я. — Они уехали так спешно, что оставили потрёпанный саквояж. Его отнесли в кладовку.Теперь он медленно повернулся. На лице не осталось и следа от недавней уязвимости. Только привычная, сосредоточенная хватка. Глаз выцеливал меня, оценивая информацию.— Это может быть важно, — сказал он. — В нём может быть что-то, что они не хотели бросать, но вынуждены были. Или, наоборот, хотели избавиться, но не успели. Или чертов Том, как всегда, всё испортил своей неорганизованностью. Где кладовка?— Не знаю. Но бармен, наверное, в курсе. Тот самый, с которым я так мерзко «флиртовала».Я не удержалась от укола. Пусть знает.Амель пропустил это мимо ушей, его мозг уже работал на опережение.— Нужно его найти. Осмотреть. Если повезёт, забрать. Но сделать это незаметно в таком заведении почти невозможно. Слуги всё заметят. Администратор обязательно что-нибудь заподозрит.