Книга Ты будешь моей, страница 35 – Ева Малиновская

— Заткнись!

Я обернулась к Кириллу.

— И ты тоже! Оба заткнулись!

Коридор вокруг нас замер.

Люди стояли полукругом. Телефоны, шёпот, чьи-то вздохи. И полное ощущение, что ещё чуть-чуть — и я тоже кого-нибудь ударю.

Кирилл вытер кровь с губы.

— Ника, я бы не полез, если бы он…

— Если бы он — что? — резко перебила я. — Что? Посмотрел не так? Заговорил не так? Существовал рядом со мной не в том радиусе?

— Дело не в этом.

— А в чём тогда?

Он сжал зубы.

Марк хрипло рассмеялся рядом.

— Скажи ей, капитан.

Кирилл резко повернул голову к нему.

— Завались.

— А то что?

— Всё, ещё слово — и я вас обоих реально убью, — отрезала я.

И вот тут впервые за всё это безумие кто-то из них сделал что-то разумное.

Марк поднял руки.

Чуть-чуть.

Показывая, что не двигается.

Но взгляд у него оставался таким же бешеным.

— Отлично, — сказала я. — Теперь оба отошли друг от друга.

Кирилл не двинулся.

— Кирилл!

Он отступил первым.

На шаг.

Потом ещё на один.

Марк смотрел на него секунду.

Потом тоже медленно отошёл назад.

Я только тогда смогла вдохнуть.

По-настоящему.

Из толпы наконец пробился тренер.

Лицо у него было такое, что все вокруг мгновенно сделали вид, что вообще просто мимо проходили.

— Вы оба в конец охренели?! — рявкнул он так, что стекло у окна будто дрогнуло. — В мой кабинет. Сейчас же.

Ни Марк, ни Кирилл не ответили.

Тренер перевёл взгляд на меня, потом на разбитые лица, на толпу, на чьи-то телефоны.

И выругался уже тише, но куда страшнее.

— Живо.

Кирилл первым пошёл к лестнице.

Марк двинулся следом.

Но, проходя мимо меня, остановился на полсекунды.

Посмотрел сверху вниз.

Кровь на губе. Дыхание тяжёлое. Глаза всё ещё тёмные и злые.

— Ты в порядке? — спросил он хрипло.

Я уставилась на него.

Вот просто уставилась.

Потому что после всей этой дикой драки, после этого безумия, после ударов и крови он спрашивал это так, будто главным сейчас было только одно — не меня ли задело.

— Иди к чёрту, Громов, — прошептала я.

На секунду мне показалось, что в его взгляде мелькнёт усмешка.

Но нет.

Он просто кивнул.

И вот тогда он сделал то, от чего у меня сбилось всё.

Он поднял руку.

Медленно.

Будто давая мне возможность отстраниться.

И большим пальцем очень легко провёл по моей щеке — там, где выбилась прядь волос.

Настолько невесомо, что можно было бы сделать вид, будто мне показалось.

Но не показалось.

Совсем нет.

Я застыла.

Сердце ударило так сильно, что стало больно.

— Ты вся дрожишь, — сказал он тихо.

— Убери руку.

Он убрал.

Сразу.

И именно это почему-то было ещё хуже.

Потому что если бы он стал спорить, я бы разозлилась.

А так — он просто послушался.

И смотрел.

Молча.

— Я тебя сейчас ударю, — прошептала я.

Уголок его губ дрогнул.

— Нет.

— Почему ты так уверен?

— Потому что ты хочешь не этого.

Воздух между нами будто стал густым.

Слишком.

Я сделала шаг назад.

Потом ещё один.

— Нет, — сказала я уже твёрже, больше себе, чем ему. — Нет. Всё. С меня хватит.

Развернулась.

И пошла прочь, не оглядываясь.

На этот раз действительно быстро.

Почти бегом.

Потому что если бы задержалась ещё хоть на секунду, случилось бы что-то очень плохое.

И я впервые в жизни не была уверена, что именно.