Книга Пятый телохранитель. Часть 4, страница 18 – Анна Вэйли

Четыре минуты. Артем засек время, еле сдерживая себя, но мужественно молчал. Алиса и в Серпухове то не была, не то чтобы овощи там покупать. Но действовала она грамотно. Контраргументы, уступки, пакетное предложение в финале. Ее отец вел переговоры точно так же.

— Сто шестьдесят за кило и дешевые огурцы, — отчиталась она, вернувшись с двумя пакетами. — Я сбила цену на двадцать процентов, Артем.

— Ермолова закрывает сделку на рынке, — кивнул он. — Папа бы гордился.

— Думаешь? — вдруг посерьезнела она, и в глазах мелькнуло то, что Алиса прятала за дерзостью: ей действительно было важно это услышать. Потом она тряхнула волосами, и момент ушел. — Конечно, гордился бы. Я вся в него.

Обратно они шли медленнее, сумки были тяжелые и солнце уже припекало. Артем нес продукты, Алиса тащила пакет с овощами, по дороге то и дело доставая помидор, нюхая, любуясь и убирая обратно.

— Знаешь, что я поняла? — обернулась она к нему.

— Что помидоры с грядки лучше, чем из «Азбуки Вкуса»?

— Нет. Что торговаться за помидоры и торговаться на аукционе — одно и то же. Суммы разные, а принцип тот же. Я три недели учила кадастровые оценки, а надо было еще и съездить на рынок.

Артем рассмеялся. Она посмотрела на него через плечо с улыбкой, от которой у него каждый раз что-то переворачивалось в груди, хотя он давно должен был привыкнуть.

Не привык. И подозревал, что не привыкнет.

Соседа мы поймали случайно. Шли обратно с продуктами, свернули на нашу улицу и увидели, что у дома через два забора стоит старый пыльный универсал с открытым багажником, а мужик в трениках и майке-алкоголичке загружает в него коробки.

— Это Геннадий, — Артем замедлил шаг. — Мать описывала.

— Откуда ты знаешь, если ты его в жизни не видел?

— Дом через два забора, лысый, живот, красная машина. Все совпадает.

Я покосилась на него.

Мужик действительно был лысый, с загорелой красной шеей и животом, который нависал над резинкой треников, как балкон над тротуаром. Он запихивал в багажник картонную коробку с торчащими из нее удочками и ругался сквозь зубы.

— Геннадий! — окликнул Артем, и мужик обернулся с таким лицом, будто к нему пришли судебные приставы.

— Ну чего?

— Здравствуйте. Я сын Лидии Васильевны, она сейчас у Зинаиды Павловны гостит. У мамы ключи от квартиры пропали, а вы к ним на участок заходили, поливали. Может, видели случайно?

Артем говорил спокойно и вежливо. Тем голосом, которым разговаривают с людьми, когда еще не решили, будут ли их бить.

Геннадий поставил коробку на землю. На лице у него промелькнуло недоумение, потом понимание, а потом злость, мгновенная и такая искренняя, что я почти поверила.

— Это Зинка, да? Зинка придумала, что я ключи спер? — рявкнул он так, что с забора снялась ворона.

— Мы просто спрашиваем, — начал Артем.

— Я им участок поливал! Своими шлангами, свое время тратил! Бабы эти попросили — Геннадий, полей, у нас ноги болят, у нас спины, мы сами не можем! И я, дурак, поливал! А теперь что? Теперь я у них вор?! — задыхался он от возмущения, и лицо у него побагровело до цвета свеклы. — Эта Зинка всю жизнь языком непонятно что мелит! То я у нее яблоки ворую, то забор ей криво поставил, а теперь ключи! Хер я ей еще когда полью, пусть сама свое ведро таскает, карга старая!