Книга Пятый телохранитель. Часть 2, страница 25 – Анна Вэйли

Реклама на соседнем небоскребе мигнула синим, розовым и снова синим. Город продолжал жить своей ночной жизнью, не обращая внимания на наш разговор.

— Он изменял мне, — произнесла я неожиданно для себя.

Не планировала это говорить, не собиралась открываться ему, но в темноте, в этом странном пространстве между притворством и реальностью, слова просто вышли наружу.

— С моей однокурсницей. Полгода. Я нашла переписку в его телефоне случайно. Фотографии. Очень откровенные фотографии.

Я помолчала, глядя в потолок.

— Когда я показала ему скриншоты, он сказал, что это ничего не значит. Что она просто развлечение, а я — настоящая. Что он меня любит, а с ней — просто так.

Я усмехнулась, хотя смешного тут ничего не было.

— Я бросила его в тот же вечер.

Артем не двигался и не говорил, просто стоял и слушал. Его молчание не было неловким. Оно было каким-то... уважительным, что ли. Он не пытался утешать, не сыпал банальностями, просто давал мне договорить.

— Мудак, — сказал он наконец, и это прозвучало как точный и окончательный диагноз.

— Да, — согласилась я.

Услышала, как он поставил бутылку на стол и повернулся ко мне. Его шаги были мягкими, почти бесшумными на толстом ковре.

— Хочешь, чтобы я ему что-нибудь сломал?

Я рывком села на диване, и голова закружилась:

— Что?

Он стоял посреди гостиной, скрестив руки на груди, и свет города падал на его лицо сбоку, высвечивая скулу и линию челюсти.

— Руку, челюсть, нос — если хочешь чего-то заметного. — Он чуть наклонил голову набок. — На твой выбор. Могу сделать так, что он даже не поймет, откуда прилетело.

Я моргнула, пытаясь понять, шутит он или нет. Он не шутил. Его лицо было серьезным, и он стоял передо мной, предлагая сломать моему бывшему какую-нибудь конечность, будто речь шла о выборе блюда в ресторане.

— Нет, — сказала я и почувствовала, как губы сами ползут вверх. — Не нужно.

— Уверена? — Он вскинул бровь. — Предложение ограничено по времени только этой поездкой. Потом мне будет сложнее объяснить начальству, почему я сломал челюсть случайному человеку.

— Уверена.

— Ладно. — Артем пожал плечами и двинулся в сторону ванной. — Если передумаешь, скажи. Предложение остается в силе до конца недели.

Дверь ванной закрылась за ним, и через секунду зашумела вода.

Я осталась сидеть, обхватив колени руками, и смотрела в темноту. Предложение сломать кому-то руку не должно было вызывать улыбку. Это было неправильно, странно, и, наверное, говорило что-то нехорошее о моем психическом здоровье. Но почему-то я улыбалась.

Вода в ванной стихла. Я поднялась и пошла в спальню.

Закрыла за собой матовую дверь, которая не защищала от звуков, но создавала хотя бы иллюзию приватности. Стянула платье через голову и бросила его на кресло, потом надела пижаму — простые хлопковые шорты и майку на бретельках.

Огромная кровать приняла меня в свои объятия. Шелковое белье приятно холодило разгоряченную кожу, подушки пахли чем-то цветочным и свежим. Я натянула одеяло до подбородка и уставилась в потолок, прислушиваясь к звукам за перегородкой.

По ковру прошелестели шаги. Скрипнули диванные пружины. Зашуршала ткань.

Артем устраивался на ночь — мой телохранитель, который весь вечер притворялся моим парнем. Держал руку на моем бедре, целовал меня в висок при всех, рассказывал выдуманные истории так убедительно, что даже я начинала верить в пролитое вино и ночь, которой никогда не было.