Книга Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!, страница 95 – Энже Граф

Вспоминаю слова старика Гарта о том, что Арсах — один из самых могущественных магов современности. По спине бегут мурашки. Значит, это правда…

— Почему ты это сделал? — спрашиваю я тихо. — Раз знал, что все, кто пробовал сделать это до тебя, умирали?

— Я не мог иначе. У салларов специфичная магия земли. Не такая, как у ардонцев. Примени я ее тут, меня бы сразу раскусили. Мне нужна была другая стихия, чтобы поступить сюда — но и отказаться от своей стихии, от стихии салларов, я не мог. Это было бы предательствам наследия наших предков. Я… — Арсах задумчиво устремляет взгляд в окно, — вцепился в стихию земли зубами и не отпускал ее, пока стихия огня разрывала меня на части. Когда я умер… Для меня это не было смертью. Для меня как будто прошли века. Я помню, как боролся все это время. Как то одна стихия, то другая пытались выйти из моего подчинения. Но я сжал зубы и держал их обе. А потом, когда они покорились, я вновь начал дышать.

Господи, просто нет слов… И он еще говорит об этом так спокойно…

— Ты просто нечто, — выдыхаю я, — ты это знаешь?

И Арсах улыбается.

Однако, несмотря на его слова, я понимаю, что все дальнейшие мои попытки создать поливайки будут обречены на неудачу — до тех пор, пока я не сделаю то, что сделал он. У меня нет абсолютно никакой гарантии, что это меня не убьет. Наоборот, я уверена на все сто, что не выживу, если мое тело начнут корёжить две магии — но также я уверена и в том, что без этого поливаек не будет.

Нелегкая дилемма, да?

Так проходит еще полтора месяца.

Зимняя сессия остается позади. Несмотря на то, что я закрываю ее на отлично, я теряю покой. Плохо ем, плохо сплю. Как я и предполагала, работа над поливайкой встаёт — хотя, казалось бы, не осталось тех методов, которые я не использовала. Я пробую чары поглощения, которым меня научил Арсах. Затем чары расширения, которые используются при создании пространственных хранилищ. Затем совмещаю эти два вида вместе. Пробую чары уменьшения, чары сжатия, чары слияния — все они работают с водой, но почти не воздейстовуют на камень. Чем больше неудачных попыток я предпринимаю, тем неудобнее мне смотреть в глаза саллара. А они как горели синим пламенем, так и продолжают гореть.

Не знаю, к чему бы все это привело — пока однажды в Академии не появляется неожиданный гость.

— Пёрч! — восклицаю я неверяще, завидев знакомую фигуру на поле, где тренируются огневики. — Что ты тут делаешь?

Пёрч оборачивается. Вроде все тот же, но я отмечаю, каким уставшим он выглядит. Однако при виде меня он расплывается в своей фирменной ухмылке:

— Леенна, рад тебя видеть! — затем замечает за моей спиной Арсаха, что молчаливой тенью ходит за мной по всей Академии. — Здравствуй, боец!

Арсах кивает — и моментально теряет к балагуру интерес.

— Я тут вербую солдат, — смеется Пёрч, — для защиты Саморрии.

У меня отлегает от сердца: ведь первое, о чем я подумала, когда его увидела — они вышли на след похитивших меня салларов. Значит, дело не в этом.

— Ну и как, получается?

— Не очень, — хохочет Пёрч, — никому не охота на окраины. Вот только драконы согласны.

Бросаю беглый взгляд на вышеупомянутых. Рыжий радостно подмигивает, Улур отстранённо кивает, Руввана… Руввана смотрит на меня, не отрываясь — как Арсах.