Книга Попаданка в академию, или руки прочь от меня, Дракон!, страница 16 – Энже Граф

— Значит, он с самого начала был с гнильцой, — добавляю я. — А она, вместо того, чтобы это искоренять, наоборот, взращивала в нем самые худшие черты. Не переживай. Он заслужил то, что с ним сделали. Можешь мне поверить.

Сказав это, я замолкаю и невольно задаюсь вопросом: если бы я не выбрала для Карта это наказание, как далеко зашел бы в своем желание его покарать мой спаситель?

Естественно, в тот день Дерр Мариадне больше нет до нас никакого дела, и весь вечер мы работаем расслабленно и в приподнятом настроении. Понимая, что толку в магическом плане от меня нет и чувствуя из-за этого угрызения совести — все-таки из-за меня идет насмарку весь тяжкий труд работников, — я помогаю им физически: пропалываю грядки, удобряю, подвязываю стебли, удаляю засохшие или побуревшие листья.

— Что будет, — спрашиваю я Варру, бросая задумчивый взгляд на практически мертвые косточки, — если урожай погибнет?

Варра с трудом выпрямляется от прополки, трет поясницу.

— Если урожай погибнет, Мариадна не получит прибыли. У нее, конечно, есть запасы денег за предыдущие удачные годы, но чтобы отыграться, она утопит нас в штрафах, а то и вовсе откажется нам платить.

Бросаю на нее изумленный взгляд:

— Она может это сделать?

— Ох, маленькая, — Варра смеется, — я слишком хорошо знаю Мариадну, чтобы обольщаться на ее счет!

— Ты называешь ее по имени, — добавляю я, прищурившись, — значит, вы давно знакомы?

— Я знаю Мариадну достаточно долго, чтобы знать, что ее неимоверно бесит, когда к ней так обращаются.

Против воли я смеюсь. Варра — уникальная женщина. Как жаль, что это не она моя тетя!

Но смех смехом, а в душе остается неприятный осадок. Значит, если я не сумею пробудить в себе магические силы, пострадают все, кто работает на мою тетушку, а им итак несладко приходится, раз они терпят все эти рабские условия.

Значит, мне нужно пробудить в себе магию любой ценой.

После тяжкой работы у меня отваливается все: ноги, плечи, руки. Тем не менее, я тащусь в пруд, чтобы смыть с себя весь пот и грязь сегодняшнего дня, а потом с новыми силами иду к Гарту.

Несмотря на то, что уже близится ночь, Саморрия оживает. Полуденный жар спадает, и жители открывают двери и окна своих жилищ и лавок, чтобы вдохнуть немного холодного воздуха и поработать. Голодными глазами я окидываю прилавки с выставленной на них едой — но у меня нет ни гроша, поэтому все, что мне остается — это облизываться и идти дальше. Ничего, перекушу в библиотеке. Старик Гарт всегда предлагает мне чай с засохшими печеньками. Сегодня я не собираюсь отказываться от такого щедрого дара богов.

— Добрый вечер, Эрр Гарт, — звонко здороваюсь я, влетая в библиотеку, — пожалуй, чашечка чая была бы в самый... раз.

Заминка возникает неслучайно. Старик Гарт не один. Он сидит за моим излюбленным столиком у окна, попивая тот самый чаек с печеньками, на которые я рассчитывала. А рядом с ним — ну что за невезение! — мои недавние знакомые.

— Что они тут делают? — отмираю я первой.

— Кажется, нахальство — это ваша врожденная черта, — замечает мой спаситель.

— А ваша врожденная — появляться там, где вас не ждут, — огрызаюсь я.

Старик Гарт смеется:

— И тебе здравствуй, Эрра Леенна. Знакомься, это Деллиан Дастан и Пёрч Берк. Я рассказывал тебе о них.