Книга В объятиях тирана, страница 82 – Валентина Кострова

Марат прыгает. На меня. Поднимает на ноги. Мы продолжаем вместе танцевать. Его руки шарят по моему телу. Сжимает мои ягодицы. Тяжело дышит на мои губы, сдерживая себя из последних сил. Он словно ждет моего разрешения поцеловать. Слегка киваю. Соглашаюсь. Даю зеленый цвет.

Меня жадно целуют. Языком насилуют. Вгрызаются в губы. Мои робкие ответы распаляют Марата еще больше. Он всем телом трется об мое тело, ведя к дивану. Опрокидывает нас. Придавливает меня своим весом. Его пальцы трогают меня между ног, заставляя выгибаться всем телом, стонать без убавления звука. Меня умело распаляют, как костер в лесу. Сначала еле тлеющий огонек, который постепенно переходит в высокий огонь. Трещу как дровишки. Тахирович спешно избавляется от своей одежды. Так спешно, что я не успеваю остыть. Вторгается в меня мощным толчком, заставляя взвизгнуть. Потом я смеюсь, обхватив его талию ногами. Определенно я пьяна. А еще ловлю себя на том, что хочу Марата. Сильно. Глубоко. Долго. Я кончаю под ним. Срываю голос. Плачу от переизбытка чувств. Черт побрал, этого придурка!

Никто на выходные домой меня не отпускает. Я в шесть утра, едва продрав глаза, тихо заикаюсь о том, что мне как бы нужно в свою норку. Марат категорически против. Бурчит под нос, не сразу его понимаю. Сгребает меня в охапку и засыпает, держа меня в тисках. Я едва дышу. Лихорадочно соображаю, как мне вырулить из этой ситуации. Даже если получится вырваться из лап тиранища, мне еще нужно вызвать такси, а я без понятия по какому адресу проживает Шароев.

Марат спит до десяти, а я с шести утра не смыкаю глаз. С ним жарко. Он горячий, хочется скинуть одеяло, сильнее к нему прижаться. Просыпается чудовище. Сонный выглядит безобидным. Волосы в беспорядке, на щеках щетина. Потягивается, дарит мне заспанную улыбку, садится. Встает, опять потягивается и направляется в ванную, сверкая голой пятой точкой. Я вскакиваю с кровати, лихорадочно начинаю шариться вокруг в поисках мобильного телефона. Его нигде нет. Он словно сквозь землю пропал.

Услышав шаги, спешно юркаю обратно под одеяло. Марат выходит. К счастью не голый, на бедрах полотенце. Скрывается в гардеробной. Кто-то ему звонит. Какая деловая колбаса. Нарасхват.

Не дожидаясь завершения разговора, сама скрываюсь к ванной. Для меня тут и халат, и полотенце, и мыльно рыльные принадлежности. Такими темпами холостяцкая берлога превратится в остепенившегося человека.

Не спеша принимаю душ. Вода успокаивает, приводит мысли в порядок. Анализирую ночь. Пытаюсь разобраться в себе, понять, что чувствую вообще. К своему стыду, понимаю, что совершенно на сто процентов Марат не вызывает полного отвращения. Прошедшая ночь доказала, что он умеет обращаться с моим телом, как виртуозный музыкант, а я сложный музыкальный инструмент.

— Завтрак на столе.

Я замираю в столовой, изумленно смотря на накрытый стол. Марат сам приготовил все или заказал? Может домработница приготовила? Вопросительно смотрю на шефа с тарелками в руках.

— Вы сами все приготовили? — недоверчиво спрашиваю, присаживаясь.

— Я не люблю чужих людей у себя в доме, — Марат садится во главе, двигает к себе тарелку. — Всю жизнь привык заботиться о себе сам.

— Поэтому вы такой деспотичный?

— Ты так думаешь? — Шароев задумывается, но еду с тарелки сметает со скоростью света. — Да, наверное, слишком властный, но это хорошо. Я не поддаюсь истерикам, решаю срочные вопросы быстро и правильно. А еще, не телюсь по поводу девушек.