Книга Правила случайных соседей, страница 23 – Эвелин Грин

Лера остановилась в дверном проеме.

Марк стоял у плиты, спиной к ней. На нем были простые серые спортивные штаны и белая футболка, обтягивающая широкие плечи. Никакой хирургической собранности — он выглядел расслабленным, домашним и до одурения притягательным.

На столешнице, ровно по центру, стояли две чашки: его строгая черная и ее новая, темно-синяя.

— Я слышу, как ты дышишь, Лера, — не оборачиваясь, произнес Марк. В его голосе звучала мягкая утренняя хрипотца. — Проходи. Кофе почти готов.

Лера улыбнулась и смело шагнула на кухню. Раньше она бы остановилась за метр до невидимой границы, но сейчас подошла прямо к нему. Встала рядом, почти касаясь его плечом, и заглянула в турку.

— Доктор Лебедев добровольно варит мне кофе? — с притворным недоверием протянула она. — Земля точно не налетит сегодня на небесную ось?

Марк тихо фыркнул, снимая турку с огня.

— Я просто решил, что твой растворимый порошок — это преступление против человечества. И как врач, я не могу допустить, чтобы ты травила свой организм на моей... на нашей кухне.

Он произнес это «на нашей» так естественно, что у Леры внутри всё сладко сжалось.

Марк разлил дымящийся напиток по чашкам и протянул ей синюю кружку. Лера перехватила ее, и на секунду их пальцы соприкоснулись. Его кожа была горячей. Марк не спешил убирать руку. Он опустил взгляд на ее лицо, рассматривая заспанные глаза, растрепанный пучок и смешную родинку на щеке так, словно видел всё это впервые.

— Как палец? — тихо спросил он, глядя на аккуратный пластырь на ее руке.

— Жить буду. Хирург попался хороший, — в тон ему ответила она, не разрывая зрительного контакта.

Воздух между ними снова начал сгущаться, но в этом напряжении больше не было вражды. Это было тягучее, обволакивающее электричество. Марку стоило лишь чуть-чуть податься вперед, чтобы...

Дз-з-з. Резкий звук вибрации телефона на столе заставил их обоих вздрогнуть. Очарование момента рассеялось, но мягкая улыбка с губ Марка не исчезла. Он неохотно отстранился и взял телефон.

— Это из клиники. Мне нужно ответить, — с легким сожалением сказал он. — Садись завтракать. Я сделал омлет. Он под крышкой.

Он вышел в коридор, отвечая на звонок своим привычным, строгим тоном, а Лера осталась стоять посреди кухни с чашкой восхитительного кофе в руках. Она посмотрела на сковородку, где ее ждала половина идеального омлета с помидорами, и поняла, что окончательно и бесповоротно влипла. Ей больше не хотелось воевать с этим мужчиной. Ей хотелось, чтобы такие воскресные утра стали их привычкой.

Она села за стол, поставив чашку прямо на то место, где еще вчера пролегала граница, и сделала глоток. Кофе был идеальным.

Вечер вторника выдался на редкость тихим. Марк вернулся домой пораньше, без привычных кругов под глазами, и теперь сидел в кресле с медицинским журналом.

Лера же находилась в состоянии творческого кризиса. Она сидела на полу перед мольбертом, яростно стирая ластиком очередную линию. Ей заказали иллюстрацию для обложки детективного романа, и главный герой — суровый, волевой мужчина с тяжелым взглядом — упорно выходил похожим на грустного спаниеля.

Она со стоном отбросила карандаш и подняла глаза. Взгляд наткнулся на Марка.

Он читал, чуть нахмурившись. Свет от торшера падал сбоку, резко очерчивая линию его подбородка, высокие скулы и глубокие тени у глаз. Идеальные пропорции. Живая, сложная, невероятно фактурная натура.