Книга Мой вызов. Осколки нас, страница 56 – Ронни Траумер

Когда его губы касаются моей шеи, нежность переплетается с нарастающей страстью. Я закрываю глаза и погружаюсь в ощущения — как будто весь мир сужается до этих мгновений, когда его дыхание обжигает кожу, а легкие поцелуи пробуждают волны дрожи по всему телу. Каждое движение становится откликом на моё внутреннее желание, каждое прикосновение — обещанием большего.

Я чувствую, как его руки скользят по моим изгибам, исследуя меня, словно впервые, с такой внимательностью и осторожностью. Внутри растёт желание, подобное огню, который неуклонно разгорается, охватывая меня целиком.

И я словно растворяюсь, уносимая каждым его прикосновением, каждым поцелуем, которыми он покрывает моё тело. Меня захлёстывает волной наслаждения, когда ноги сами собой раздвигаются, а пальцы впиваются в его плечи, оставляя короткие следы от ногтей на его коже. Давид касается моей шеи, груди, медленно проводит языком вокруг соска, нежно опускаясь ниже, как будто считает мои рёбра своими губами. В моменты, когда он прикусывает мою кожу, из груди вырываются протяжные стоны, а его сильные руки сжимают мою талию и бёдра, погружая меня в безумие страсти.

— Ты охуенна, — хрипит, целуя мой живот. — Я пиздел, охеренно выглядишь, — добавляет, спускаясь к бёдрам и оставляя дорожку из поцелуев на внутренней стороне.

Смысл его слов до меня доходит очень медленно, мозг отказывается нормально работать. Все мои ощущения, внимание, чувства сконцентрированы только на одном. А когда промежность обдаёт горячим воздухом, я вздрагиваю в предвкушении. Сердце пропускает пару ударов, стоит влажному языку пройтись по нежным складкам. Из горла вырывается вскрик, а пальцы сжимают простынь подо мной, едва Давид касается чувствительного клитора.

— Тише, Хрустальная, — усмехается… муж, он ведь мой муж.

— Прости, — шепчу едва слышно, хотя, по факту, не особо понимаю, за что извиняюсь.

Схватив мои бёдра, словно в кольцо, Давид крепко держит, так, чтобы я и не думала их сводить, и толкает меня в пучину похоти. Где нет места стеснению, сдержанности, каким-то мыслям. В мир, где есть только мы вдвоём, наша безумная страсть и любовь. Она определённо есть, как с моей стороны, так и с его.

Первый оргазм накрывает меня неожиданно, так, что я не успеваю и понять, как меня начинает трясти, словно током бьют. Хватает мозгов, чтобы прикусить губу и сдержать крик удовольствия в себе. На большее не способна, кроме как биться в агонии несколько долгих минут.

— Тише-тише, — приподнявшись, Давид накрывает мои губы своими, выпивая мои стоны и продолжая гладить руками моё тело, уделяя больше внимания налитой груди.

— Давид… — выдыхаю, едва он разрывает поцелуй.

— Мы не закончили, Хрустальная, — сбивчиво говорит мне в губы, и я тихо ахаю, ощущая горячую головку у своей промежности. — Разорвёт к хренам, если немедленно не окажусь в тебе, — глубоко вдыхает и, выпрямившись, одним толчком заполняет меня собой, доставляя какое-то нереальное удовольствие.

На меня обрушивается чувство полноценности, словно до этого момента чего-то не хватало. Давид сам замирает, судорожно дышит, наклонившись и прижавшись лбом к моему, давая нам обоим привыкнуть. Ощущаю, как напрягается и пульсирует член внутри меня, на автомате сжимаю его стенками влагалища.