Книга Мой вызов. Осколки нас, страница 4 – Ронни Траумер

— Никаких шуток, девочка, — наклоняюсь к ней, чувствуя её судорожное дыхание. — Ты как вызов. Мой личный вызов, я его принял и проиграл бой. Оно твоё, — на последних словах прижимаю сильнее её раскрытую ладонь к сердцу.

Тогда я впервые в своей жизни признался в любви. Как мог, блядь, но сделал это. И потом поступками показывал, что мои слова не пиздёж. Каждый, сука, день доказывал, что люблю, защищал от всего мира и на руках носил.

— Обещай, что не предашь меня.

— Я никого не любил, кроме матери и сестры, но ты стала моим миром, Хрустальная девочка. Мне проще сдохнуть, чем сделать тебе больно. Уяснила?

— Я тебя тоже люблю, — перекрывает кислород ответным признанием.

— Повтори, — хрипло прошу в ответ.

— Я люблю тебя, Давид.

Оказалось, что она как раз пиздит. Врала в глаза столько времени, а главный вопрос: нахрена? Мстила? Да, наше знакомство было неудачным, я вёл себя как последний мудак, собственно, кем и являюсь. Но я исправил свои грехи, по отношению к ней я был сущим ангелом. Я не предал, как и обещал, а вот она…

— Запомни, сука, — выныриваю из мыслей, прожигая её убийственным взглядом. — Никогда не называй меня по имени! Поняла? — молчит, в сидение вжимается, глаза на мокром месте, вот-вот заплачет, да только меня это не берёт больше. — Поняла? — рявкаю на весь салон.

— Д-да, — бормочет в ответ, и я возвращаюсь к рулю, давая себе несколько секунд, чтобы дыхание выровнять.

— Мы едем домой, Хрустальная, — бросаю и завожу двигатель.

— Нет! — резко выкрикивает.

Медленно поворачиваю голову к ней, смеряю презрительным взглядом.

— Я не спрашивал, — хмыкаю, мысленно себя успокаивая.

Пиздец, как руки тянутся к её шее, с силой сжать и наблюдать за её болью.

— Давид…

— Рот закрой! — прерываю её. — Что я говорил минуту назад, блядь, — ору, заставляя её вздрогнуть.

— Прости, — шепчет и вытирает слёзы с бледных щёк. — Я поеду, куда скажешь, только позволь заехать домой. Мне нужно… попрощаться. Пожалуйста, — и эта сука смотрит на меня этими серо-голубыми глазами полными мольбы.

Сука! Сука! Сука!

Не смотри на меня так, дрянь!

— Обойдёшься, — бросаю и медленно трогаюсь с места.

— Паспорт! Мне нужно взять паспорт, — выкрикивает, подавшись вперёд.

Твою мать, блять!

— Пожалуйста, — контрольный.

— Пять минут, — бросаю, разворачиваю тачку и еду обратно в посёлок.

Аля

Я знала, ждала что он приедет, даже приблизительно посчитала, в какой день, и морально готовилась к этой встрече, но недостаточно. А может это просто невозможно — подготовиться к неизвестному. Одно могла сказать с уверенностью — тёплых объятий не будет. Виновата перед ним, не отрицаю, но я не могла по-другому, и мне просто нужно об этом рассказать. Если поверит.

— Шевелись, — толкает меня к паспортному контролю.

Он так мчал по дороге в аэропорт, что я молила всех богов, чтобы мы доехали живыми и невредимыми. Боялась завести разговор в пути, не хотела отвлекать, чтобы не врезаться в дерево или, не дай господь, в другую машину. Мне категорически нельзя умереть, я просто не могу себе такое позволить.

— Давай поговорим, — прошу дрожащим голосом.

Я могла, конечно, сделать это там посреди лесополосы, но мне было страшно. Не готова открыть ему все карты, потому что не могу знать, что у него в голове и как он среагирует.