Книга Изящная ложь, страница 25 – Ана Карана

— На. Заработала, — перед носом падают две сложенных пополам пятитысячных купюры. — Будешь послушной девочкой, и сможешь через полгодика закрыть кредиты.

Твою мать, серьёзно? Он меня что, покупает?

— Пошёл ты! — смахиваю деньги с кровати на пол. — Совсем охренел?!

— Не набивай себе цену, малыш. Начнёшь выделываться, и я урежу твою зарплату, — Денис усмехается, щёлкая зажигалкой. В ноздри заползает сигаретных дым.

Я приподнимаюсь на локтях, чтобы встать и сбежать из номера куда угодно хоть голой, но он ловит меня за талию и подтаскивает к себе. Прижимает крепко к своему боку, не обращая внимания на сопротивление. Тогда, развернувшись, кусаю его за плечо, и Денис теряет терпение.

— Ну-ка успокойся и слушай сюда! — он сдавливает кожу на моей талии и выпускает дым в лицо. Я закашливаюсь. — Смотри, малыш, что у нас получается. Я предлагаю тебе сделку. Кстати, очень выгодную, в первую очередь, для тебя. Мы продолжаем наши приятные отношения, ты получаешь деньги, цацки, шмотки... что там ещё нужно хорошеньким девочкам?

— Пошёл нахер! Отпусти! — я взбрыкиваю, но Денис крепче придавливает меня к себе и смеётся.

— Ты дослушай, дурочка. Взамен я хочу тебя. По первому требованию, и мне плевать, есть у тебя планы, или ты возишься со своим инвалидом. Ты приезжаешь сразу. Туда, куда я скажу.

Это похоже на какой-то бред. Дорогой номер, мягкие влажные простыни, сигаретный смог и одежда, разбросанная по полу — это что-то из декораций к дёшевому фильму про любовь. Только у нас это отпечатки насилия. А мужчина рядом вовсе не романтический герой.

— Я посажу тебя! — шиплю так грозно, насколько получается. Собираю весь свой гнев, страх и мужество, чтобы не скатиться в бесполезную истерику. — За изнасилование! Сниму побои! Отпусти сейчас же!

Дениса моя угроза позабавила. Он отпускает меня и, зажав сигарету в зубах, поднимает руки.

— Да пожалуйста, Мил. Можешь идти, — он подбородком указывает на выход.

Я тут же вскакиваю с постели и принимаюсь лихорадочно собирать свою одежду, отделяя её от одежды Дениса. Влезаю в джинсы прямо так, без белья, надеваю рубашку и застёгиваю на пару пуговиц, лишь бы держалась. Дублёнка, кеды, сумочка, и я кидаюсь к двери, как вдруг в спину прилетает ровное:

— Ты кое-что забыла.

Оглядываюсь на Дениса. Он крутит на указательном пальце мои стринги, посмеиваясь. Это приводит меня в бешенство. Буквально со звериной яростью я расшвыриваю по номеру барахло Дениса, хватая его с тумбы у двери. Запонки, одеколон, ключи от машины, визитница, кожаная папка — всё летит в сторону издевательски смеющегося ублюдка.

— Ненавижу! Ненавижу! Чтоб ты сдох, сволочь! — выплёвываю проклятья, давясь горьким воздухом и слезами.

Денис моментально теряет весёлый настрой и в несколько размашистых шагов оказывается рядом, загоняя меня в угол. Расставляет руки по обе стороны от моего лица и произносит с леденящим спокойствием:

— Думаешь, я впервые это слышу?

Что?..

Чудовищная догадка проносится в мыслях, и, наверное, на лице у меня отражается ужас, потому что Денис улыбается кончиком губ. Он доволен эффектом, который на меня произвёл. Невинным жестом заправляет волосы мне за ухо и приподнимает подбородок пальцами, заставляя смотреть в его ничего не выражающие глаза.

— Ты не единственная моя малышка, Мила, — подтверждает догадку Денис. — Так что, работа и впрямь не пыльная, а деньги хорошие. Куда ты теперь пойдёшь, глупенькая? — он с деланным трагизмом поджимает губы. — Другой работы у тебя нет. Кредиторы и банки написывают ежедневно. Муж твой ни хрена не зарабатывает.