Книга Бывшие. Хочу только тебя, страница 73 – Катерина Вишневская

— Когда всё закончится, куплю тебе, всё, что пожелаешь. Обещаю!

Поворачиваю голову в его сторону и едва слышно говорю:

— Это дорого встанет тебе, Савицкий! Я потребую большой кулёк миндаля. Нет, два больших кулька…

— Не проблема! — едва сдерживая смех, тихо отвечает Демид. И уже чуть более серьёзным тоном говорит: — Готов на любые жертвы, ради тебя. И не только материальные…

О его слов моё сердце начинает биться быстрее, а на душе становится тепло. Даже резкий порыв ветра, внезапно, налетевший на нас, не способен стереть улыбку с моего лица.

После прогулки по роскошной Дворцовой площади и посещения знаменитого Эрмитажа, Беверли начинает ныть:

— Демид, я так устала. И голодна…

Иван Александрович, моментально реагирует на пожелания гостьи:

— Предлагаю остановиться и перекусить в одном из лучших ресторанов города. У этого заведения очень интересный дизайн, а обслуживание и гастрономические изыски, которыми там угощают гостей, выше всяких похвал. К тому же это совсем недалеко.

Демид переводит Найту, что значит «гастрономические изыски», мужчина кивает и на ломанном русском говорит:

— Заинтриговали, Иван.

После этого мы всей делегацией направляемся к расхваленному ресторану.

Когда мы проходим внутрь заведения, мы будто бы перемещаемся в середину девятнадцатого века. Интерьер ресторана, внешний вид персонала, сервировка столов — всё это создаёт особенную атмосферу тех времён.

В заведении звучит великолепная, классическая музыка, которую исполняет уже немолодой пианист.

Нас обходительно встречают и проводят к заранее забронированному столику. Он находится в отдельной комнате, которая напоминает мягкое, фешенебельное купе, старинного поезда. Тяжёлые, бархатные шторы отделяют нас от других посетителей.

— Рекомендую попробовать Филе форели в прованских травах. Это что-то необыкновенное! — нетерпеливо потирая ладони, говорит Иван Александрович.

Пока мы ждём наш заказ, старшее поколение погружается в светскую беседу, а нам достаётся тяжёлая участь развлекать Беверли.

Девушка много болтает о жизни в студенческие годы, постоянно упоминая об отношениях с Демидом, и всячески, пытается его коснуться. Конечно, мне всё это очень неприятно. Но теперь я знаю правду о ней, и скрывать эмоции под маской невозмутимости, мне определённо легче.

К тому же радует реакция Демида. Босс вежлив, по-дружески приветлив, больше слушает, чем говорит. На его губах играет лёгкая улыбка, а сильная рука на моём бедре под столом, медленно ласкает нежную кожу над чулком.

Когда Беверли понимает, что Демид не сводит с меня тёмных глаз и уже практически не слушает её, девушка томно произносит:

— Знаешь, дорогой?! Если мы здесь откроем филиал, и папа поставит меня им управлять, то я тоже найму себе симпатичного ассистента и, как и ты, буду с ним трахаться повсюду.

Услышав это, Иван Александрович давиться своей форелью и начинает кашлять. Фрэнк бросает на дочь недовольный взгляд и заботливо предлагает Савицкому-старшему выпить воды. А Демид, переводит на Беверли гневный взгляд своих холодных глаз и ледяным голосом говорит:

— Если ты намекаешь на Иду, то она не только мой ассистент, но и девушка, которую я люблю. Сейчас же извинись перед ней. Ты была груба и перешла все границы, как на вечеринке, так и сейчас… Мы ждём, Беверли.