Книга Измена? Хочу только тебя, страница 27 – Катерина Вишневская

Ида

— Плановый осмотр, — быстро отвечаю я и с тяжелым сердцем наблюдаю за тем, как медленно угасает огонёк надежды в глазах любимого мужчины.

Он отворачивается и сосредотачивается на дороге, а я, рассматривая сонный, морозный Петербург за окном, погружаюсь в мысленный диалог с само́й собой.

Как же мне противно ему лгать, и язык просто чешется сообщить хорошие новости. Но если муж вернётся ко мне, после того как узнает, что я беременна, я изведу себя и его, тем, что не нужна ему и со мной он только из-за ребёнка. Уж я-то себя знаю…

Словно в бурном потоке, десятки противоречивых мыслей проносятся в моей голове.

А с чего ты взяла, что он вернётся к тебе до того, как всё узнает?

Но ведь он любил меня.

И то, что Демид по-прежнему хочет от меня ребёнка, это хороший знак. Значит, всё ещё любит…

Конечно, любит. Это так быстро не проходит…

Теперь ты ему веришь?.. Где твоя вера была раньше?!..

К горлу подкатывает тошнота. Так как я сдавала кровь натощак, я отказалась от завтрака, пила только воду и вот итог.

Боже, только не сейчас, пожалуйста.

Нажимаю кнопку и немного опускаю стекло. В салон проникает свежий воздух.

Демид быстро поворачивает голову в мою сторону, смотрит, удивлённо приподняв бровь.

— Душно, — коротко отвечаю я и достаю из сумки зелёное яблоко.

Муж молча выключает обогрев салона и возвращает своё внимание на дорогу. Периодами я замечаю, что Демид, усиленно пряча улыбку, подглядывает, как я вгрызаюсь в кислый фрукт.

— Что?! Я не успела позавтракать, — слегка улыбаясь, говорю, мысленно моля Бога, чтобы муж не о чём не догадался.

— Я ж не против. Приятного аппетита! — смеясь отвечает Демид.

Смущённо бормочу:

— Спасибо, — и умиротворённо откидываюсь в кресле.

Как же давно я не слышала этот бархатный смех. И уже целую вечность не чувствовала себя так легко и свободно в его обществе. В голову начинают лезть бредовые идеи. Идеи, за которые Демид меня холодно осадит. Сто процентов.

Но будто прочитав мои мысли, а может быть, и сам, почувствовав мимолётное потепление между нами, Демид крепче сжимает руль и делает музыку громче. Разговор окончен!

Наконец, мы сворачиваем во двор здания, в котором работаем. Муж паркует и глушит машину. Видимо, хорошее воспитание берёт верх и Демид обходит автомобиль, открывает мне дверь и подаёт свою руку.

Я с удовольствием использую его помощь. Сжимая тёплую, родную ладонь, выхожу из машины. Не торопясь отпускать сильную руку мужа и покусывая обветренные губы, поднимаю глаза на Демида.

На его лице, сменяя одну за другой, мелькают различные эмоции. Я успеваю заметить и нежность ко мне, и злость на самого себя. В следующую секунду он натягивает маску равнодушия и резко забирает свою ладонь.

От неожиданности и обиды я слегка отталкиваю Демида и быстро устремляюсь в сторону входа в здание. Пройдя несколько метров, поскальзываюсь и падаю на покрытый ледяной коркой асфальт.

Муж подбегает, присаживается на корточки, протягивает руки и бормочет:

— Господи, Ида!

Уловив недовольные нотки в его голосе, выставляю руку вперёд и шиплю:

— Не трогай меня, Савицкий! Я всё сделаю сама!

Всё это происходит очень быстро. Я просто выбита из колеи.

Начинаю подниматься, зачем-то опираясь костяшками о наледь. Вскрикиваю от боли, смотрю на тыльную сторону ладони и вижу на ней кровь.