Книга Ариран, страница 7 – Айская

— Да, пап, я уже дома, — она попыталась выдавить подобие улыбки, но губы дрожали. — Сори, такое больше не повторится.

Отец посмотрел на Лику через экран телефона с некой тревогой:

— Лика, что с тобой? У тебя лицо красное, будто за тобой гнался кто-то?

— Да, не, — она, смеясь отмахнулась, но смех вышел хриплым, надломленным. — Просто я же на мотоцикле ехала. Ветер в харю и всё такое...

— Лика, последнее предупреждение, — грозно произнёс отец. — ещё одна тусовка и ты возвращаешься домой, либо остаёшься в Сеуле и будешь сама себя обеспечивать.

— Да я всё усекла, пап, — она натянула улыбку. — я берусь за ум и за учёбу.

Отец недовольно скривился и отключился, а Лика тяжело вздохнула:

— Если доживу до утра конечно.

Алкоголь, который еще недавно дарил легкость, теперь стал тяжелым свинцом. Страх, дикий выброс адреналина и чудовищная усталость от пережитого стресса навалились на неё неподъемным грузом. Сознание начало путаться. Лика еще что-то бормотала себе под нос, проклиная тот момент, когда решила пойти на эту вечеринку, но её голос становился всё тише.

Рассвет над Сеулом еще не успел разогнать серые сумерки, когда в кабинете господина Бэка на верхнем этаже небоскреба зажегся мягкий, приглушенный свет. Бэк сидел в массивном кресле, его лицо, высеченное из холодного камня, не выражало ни тени усталости. Дверь бесшумно отворилась. Вошел помощник, держа в руках тонкую папку. Он положил её на стол из мореного дуба, поверх той самой фотографии из фотобудки.

— Мы нашли её, господин Бэк, — негромко произнес он. — Анжелика Романова. Для друзей — просто Лика. Гражданка России. Прилетела в Корею год назад по гранту. СтуденткаУниверситета Сонгюнгван, факультет международной экономики.

Бэк едва заметно кивнул, не отрывая взгляда от снимка, где Лика смеялась, еще не зная, что её жизнь только что была перечеркнута.

— Живет в районе Чонно-гу, улица Инсадон, дом 45, квартира 12B, — продолжал помощник. — Квартира оформлена на её отца, крупного бизнесмена из Москвы. Она ведет активную жизнь, мотоциклы, клубы, но успеваемость безупречная.

Бэк медленно взял фотографию двумя пальцами, словно это был ценный артефакт. Его взгляд впился в лицо Лики. Рыжие волосы на снимке казались застывшим пламенем.

— Сонгюнгван... Престижное место. Старые традиции, — Бэк едва заметно усмехнулся, и эта улыбка не предвещала ничего доброго. — Мне нужен личный номер директора этого заведения. Я хочу, чтобы завтрашний день стал для неё последним в этих стенах.

Помощник даже не шелохнулся.

— Господин Бэк, номер мобильного ректора указан на обороте этой фотографии, прямо под адресом. Мы извлекли все данные из её цифрового профиля в соцсетях и студенческого билета, который был в сумке.

Бэк перевернул снимок. На белом картоне аккуратным почерком были выведены цифры. Его глаза сузились.

— Убирайся, — коротко бросил он.

Когда дверь за помощником закрылась, Бэк встал и подошел к бару. Хрусталь звякнул, когда он налил себе порцию восемнадцатилетнего виски. Тяжелая жидкость цвета янтаря заполнила бокал. Он вернулся в кресло, сделал глоток, позволяя алкоголю обжечь горло, и снова уставился на фото.

— Сонгюнгван... Знаешь, Лика, там очень тихие коридоры в старых корпусах, — произнес он вслух, и его голос в пустом кабинете прозвучал как смертный приговор. — Запах старой бумаги, вековой пыли... и скоро — запах твоей крови. Мои люди — дилетанты, они привыкли палить в упор на парковках, оставляя вонь пороха. Но я... я сделаю это по-другому.