Книга Рей и Рита. Прости меня, моя любовь, страница 63 – Татьяна Никандрова

— Если честно, это не моя заслуга, а Мишина, – признаюсь я. – Демид Андреевич – хороший знакомый его отца, вот он за тебя словечко и замолвил.

Услышав имя моего парня, Денис едва уловимо кривится, и на его лице появляется неприязненное выражение.

— Не стоило ему за меня впрягаться, – недовольно отзывается он, переводя глаза на окно.

— Как это не стоило?! – восклицает его мама. – Дениска, ты что такое говоришь?

Рейман молчит, закрывшись в себе, а я пораженно хлопаю ресницами. Не такой реакции я от него ожидала. Думала, обрадуется, благодарить будет, а тут будто обиделся. Что это с ним?

Нина Григорьевна подскакивает ко мне, жмет руку и бесконечно повторяет слово "спасибо", а вот ее сын выглядит чернее тучи.

— Денис, в чем дело? – в замешательстве интересуюсь я. – Мне казалось, ты сам хотел попасть к Кострову…

— Хотел, но не таким путем, – бурчит он, играя желваками.

— Каким не таким? – недоумеваю я.

— Не через твоего любовника! – огрызается парень.

Ничего не понимая, я перевожу взгляд на Нину Григорьевну и убеждаюсь, что женщина тоже пребывает в шоке от поведения сына. Глядит на него с явным осуждением.

— Дениска, – подает она голос. – У тебя какая-то чересчур болезненная реакция… Какая разница, через кого удалось выйти на этого Кострова? Услуги-то его ты сам будешь оплачивать.

— Я не хочу быть обязанным, – Рейман морщится, будто слова, норовящие сорваться с его языка, неприятны на вкус, – этому Мише.

Нина Григорьевна, поднимает на меня извиняющийся взгляд и хрипло произносит:

— Я кофе спущусь попью, тебе принести, Рит?

— Нет, спасибо, – силюсь улыбнуться я. – Не хочется.

Женщина выходит из палаты, оставив нас с Денисом наедине. Я всматриваюсь в его изможденное, но по-прежнему красивое лицо, а он буравит взглядом стену.

— Я хотела сделать, как лучше, а ты ведешь себя, как последний засранец, – укоризненно говорю я. – Если для тебя так неприемлемо, что помощь исходит от Миши, то нет проблем: я откажусь от услуг Кострова и живи, как знаешь.

С этими словами я встаю с кровати и направляюсь к двери.

— Рит, – окликает меня Денис. – Прости, что вспылил… И спасибо. Я правда очень благодарен.

Оборачиваюсь к нему и замечаю, как он нервно комкает пальцами край одеяла. Извинения даются ему с трудом, и он явно наступает на горло собственной песне, принимая помощь моего, как он выразился, любовника. Но деваться Денису некуда, в таком положении, как у него, не до фырканий и кривляний. И он прекрасно об этом знает.

* * *

Денис

Я выписываюсь из больницы и вместо своей квартиры, в который жил с девятнадцати лет, возвращаюсь в небольшой, но современный дом с бассейном на окраине города. Его я снимаю по совету Кострова, который заявил, что наличие собственного бассейна избавит нас от необходимости постоянно ездить в реабилитационный центр, а значит, мое восстановление будет осуществляться в комфортных для меня условиях, на дому.

Ознакомившись с историей моей травмы и рентгеновскими снимками, Демид Андреевич сразу заверяет меня, что ситуация поправимая, хоть и сложная. Мне с первого взгляда нравится этот крепкий мужик в возрасте. Серьезный, прямолинейный, но в то же время юморной, он не смотрит на меня с сожалением, не качает головой, разглядывая бумажки с врачебными диагнозами и вообще ведет себя со мной не как с больным, а как с выздоравливающим. И от этого мой позитивный настрой только возрастает.