Книга Призванная. Душа волчицы, страница 157 – Надежда Чистая

— Территория проверена — неучтенных гаденышей нет, а местных бойцов зачистили. — пожал плечами Рхетт, придерживая за плечи свою дочь от активных действий. — И нет, размораживать до суда мы его не станем.

— Тогда не представляю, что еще здесь можно сделать. Ну не артефактор я! Дайте мне тело, и я его вам на составные части разберу, если надо, а вот эту штуку мне не разобрать! — психанул в итоге Аргис, отходя от алтаря в сторону нашей жены, обнимая и утыкаясь ей в волосы. — Снежная моя, прости.

— Ну а теперь и я подключусь к вашему делу, пожалуй. — отозвался из дальнего угла Олзаниэль, про которого вообще все забыли. Этот эльф как вошел, так будто растворился в пространстве! А оказалось, ушастый ходил по дому вдоль стен, изучал руны и что-то записывал. — Так, что тут у нас? — Олзаниэль крутился вокруг алтаря, как и мой побратим ранее, вот только ясности в его глазах было поболее. — А давайте мы его ё… — взгляд эльфа случайно остановился на волчонке. Поднялся взглядом на лицо нахмурившейся Айи. — Хм! Уроним. Я предложил его уронить.

— То есть мы тут танцы готовы устроить у этого хранилища с душами, а ты просто… уронить? — изогнул я бровь, складывая руки на груди. — Да я тебя сейчас, ушастый, уроню! Там душа моей дочери!

— О том и речь. Уроним сосуд, он разобъется, души сами разлетятся по своим телам! Нашему некроманту останется только бегать и помогать завершить привязку! — воодушевленно воскликнул эльф, сверкая глазами.

— Дайран, урони его. — попросила жена.

А слово жены для дракона — закон. Через бедро эльфик летел красиво, а упал и того лучше. Олзаниэль застонал.

— Ну почему я всегда получаю от иномирцев?

— У тебя слишком длинный язык? — предположил Рхетт насмешливо, опираясь бедром об алтарь.

— Тебе я вообще ничего не говорил тогда!

— А мне интересно, почему вы еще не получили от Мать Природы. — вставил Тарбен, перегибаясь через алтарь, чтобы посмотреть на тело эльфа.

Но права была Сокровище, этот оборотень через чур неуклюж. Тарбен случайно задел артефакт, из-за чего тот закачался. Оборотень перепугался, попытался его схватить, но сделал только хуже. Вместилище душ всё же полетело на пол, а останавливать его магией, вмешиваясь и так в сложный конструкт артефакта, было опасно. Артефакт ё… упал. Прикрыв глаза, сквозь сильно сжатые зубы вобрал в себя воздух.

— Аргис, готовься, сейчас души полетят. — закончив с матерной конструкцией, в которой демон умудрился скрестить неграциозность оборотня с тварями Бездны, приказал ректор своему студенту.

Искрящиеся души разлетались из расколотого «панциря» «жука» тонким ручейком. Много. Очень много душ практически сразу же развеивались, уходя на перерождение, и я не понимал — почему. Тут же весь дом изрисован рунами, только чтобы это предотвратить!

— Как? — всё же не сдержался я, наблюдая, как очередная душа, засияв мягким, словно благодарным светом, испаряется в воздухе.

— Ну, я там немного стену пошкрябал… Там, где руна была… — неуверенно и с легкой опаской пробормотал Олзаниэль-разрушитель, не вставая с пола, видимо, знакомый с Лилиным правилом не бить лежачего.

Душа маленькой волчицы перламутровой искрой устремилась к сосуду, врываясь в тело. Волчонок болезненно взвизгнул, не сумев удержаться на лапах. Рядом с Айзадой оказался Аргис, начиная оплетать тело нашей дочери черными жгутами некроманской силы, пока Айю от необдуманных действий удерживал шаман. Тщедушный на вид старик, уверяющий нас не так давно в своей старости, удерживал злобную волчицу с легкостью. Матеря ее правда на все лады, но Айя, следящая убийственным взором за истинным, этого не замечала.