Книга Душа ведьмы. Начало, страница 15 – Анита Милаева

— Я бы не хотела мира, достигнутого таким путем, — уверенно заявила девушка.

— Ты не одобряешь его решений?

— Он отдал большую часть территорий среднему брату, это больше походит на отступление, чем на победу.

— Но младшему брату он организовал хорошую партию, и тот породнился с соседним королём, что хорошо скажется на торговле и, опять же, укрепится мир для нас, — развивал тему отец. — Ведь два союзника — это лучше, чем два врага.

— Худой мир, лучше хорошей войны, — это бесспорно, но наши тылы не укреплены, нет надежной армии, мы не строим неприступных крепостей. Средний брат короля не ограничится полученными землями. У нашего королевства одно лишь спасение от него— если он пойдетзавоевывать другие земли, развяжет войну с соседями, но и это плохое решение. Если завяжется война, он попросит нас стать его союзниками, дать наши запасы и наших воинов. И на наших землях снова будет война.

— Что ты предлагаешь делать? — спросил Михаил.

— Готовиться к войне. Всегда. Денежные средства направлять на улучшение наших армий, укрепление замков, внедрять новые технологии, которые используют за морем, создать государство, которое выстоит при любом нападении.

— Я думаю, это невозможно. Нет такого укрепления, которое не сможет пробитьвраг.

— Нужно стремиться его создать, а не тратить казну на балы и развлечения.

— Людям нужен праздник, — усмехнулся речам дочери князь Собезский. — Постоянная война и жизнь в страхе – это не нормально.

— Я не против праздников, я против расточительства. Мы живем в такое время, где битвы вспыхивают чаще, чем играются свадьбы, а смерть приходит чаще, чем рождается ребёнок. Я хочу сказать, что сначала мы должны максимально обезопасить себя, подготовиться к возможному нападению. Это должно стоять на первом месте.

— Это правильно, я всегда призывал тебя быть умной и смышленой, но не хотел бы, чтоб ты делилась этим мнением с другими. Ты ведь помнишь, что речи сказанные против короля — это измена, — осторожно напомнил собеседник.

— Конечно, отец. Я знаю об этом. И что женщины не могут иметь свое мнение и отстаивать его, тоже помню.

— Женщины могут иметь свою точку зрения, но не в политических делах и делах государственной важности, — как можно мягче ответил отец. Он гордился тем, что его совсем юная дочь имела свое мнение, следила за политической ситуацией и могла предложить решение каких-то задач, но он опасался, что ее стремление к справедливости, ее виденье этого мира и осведомленность в мужских делах могут принести неприятности.

Алессандра была храбра, умна, но очень юна и воинственна.

— Да, конечно, — молодая княжна улыбнулась. — Я могу прокомментировать неподходящий цвет платья, закатить глаза, увидев слишком оголенные плечи и шушукаться, если на моих глазах начался чей-то роман.

Михаил тяжело вздохнул. Сейчас он впервые подумал о том, что зря воспитывал дочь, как юного воина, позволил изучать политику и историю, делился новостями, происходящими в мире, и даже рассказывал подробно о своих сражениях.

— Впечатляет? — спросил отец, когда перед ними показался дворец короля. Княжна кивнула, это сооружение не могло не впечатлять. Слишком огромным он был, чтобы не обращать внимание на его масштабы, слишком помпезным, чтоб не отличать от других сооружений.