Книга Дракон, которого я разлюбила, страница 20 – Милена Кушкина

Эдмар смягчает хватку и легко скатывается с меня в сторону, будто его руки и ноги превратились в пружины. Он уже собирается двинуться следом за злоумышленником, когда дверь в ресторанный вагон снова открывается. На этот раз снова со стороны первого класса.

Эдмар едва слышно шипит и снова замирает.

Шаги быстрые, поспешные. Тот, кто пришел сюда, хорошо ориентируется в пространстве. Ему не нужен фонарь, он легко лавирует между столиками и в считаные секунды находит дверь курительной комнаты.

Я не без удовольствия отмечаю, как лицо Эдмара вытягивается от удивления.

Еще бы! Сразу два злоумышленника! Такого великий дознаватель предсказать точно не мог!

Поток холодного ночного воздуха, который проносится по полу, говорит о том, что и второй ночной гость вышел на крышу через курительную комнату.

В ресторане повисает гнетущая тишина.

— Будем ждать третьего? — осторожно спрашиваю я.

Но дракону не нравится, что я потешаюсь над его гипотезами.

— Нет, — говорит он. — Там и так будет настолько тесно, что кому-то места на крыше не хватит.

Я невольно ежусь и бросаю взгляд на выход. Мне бы очень хотелось, чтобы сегодня вечером я даже не пыталась выйти на крышу и не проверяла, кто именно там лишний.

— Вперед, — приказ Эдмара звучит громко.

Я вздрагиваю.

Дракон первым идет к курительной комнате. Ночной воздух холодит кожу.

Мы все дальше пробираемся на север, с каждой минутой все ближе к Ледяной Гавани. А там уже и снег может выпадать в это время.

Эдмар легко запрыгивает на подоконник и подает мне руку.

— Ну же! — подбадривает он меня.

Дракон отлично владеет телом и стоит на тонком подоконнике так уверенно, будто опирается еще и на воздух. Но я — всего лишь человек, к тому же не сильно увлекающийся физическими упражнениями.

И все же мне нужна эта работа. Мне не хочется провалить испытательный срок еще до того, как мы прибудем в точку назначения.

Я подаю руку Эдмару. Его пальцы горячие, сильные. Они обхватывают мое запястье. Одно движение, и он буквально выдергивает меня, как морковку.

Поезд снова качается, и я теряю равновесие. Я в панике смотрю на землю, что проносится совсем рядом.

От падения меня спасает Эдмар, крепко зафиксировав меня левой рукой. Он так тесно прижал меня к своему торсу, что у меня снова кружится голова от его близости.

Глаза его горят, он глубоко вдыхает, будто пытается взять след. А я вместо того, чтобы помочь, только тяну назад.

Ветер бьет в лицо и пытается оторвать нас от обшивки вагона.

Эдмар чудом находит металлическую лестницу, он упорно карабкается вверх, а я лишь стараюсь держаться так, чтобы не слететь вниз.

Наконец, мы выбираемся на крышу.

— Не вставай! — Эдмар перекрикивает ветер.

Да мне и не хочется подниматься. Ветер треплет волосы и намекает, что стоит мне подняться во весь рост, как меня сдует.

Оставшись на четвереньках, мы ползем к краю вагона. Но страшно не это. По-настоящему жутко становится, когда мы добираемся до границы ресторана и вагона второго класса. Между вагонами расстояние длиной в полметра, внизу оно закрыто гибким кожухом, по которому пассажиры и персонал переходят из одного вагона в другой.

Расстояние небольшое. Но здесь, на высоте три человеческих роста, в темноте, на поезде, мчащемся через ночь, оно кажется непреодолимым.