Книга Не шутите с амазонками, страница 15 – Мира Айрон

— Ааа... - начала было Людмила Николаевна, но не знала, как продолжать.

-...жена? — пришёл на помощь проницательный Сергей Павлович. — Маша была сейсмологом, погибла в авиакатастрофе, их вертолёт упал. Это было десять лет назад. Хорошо, что Люба была уже почти взрослая, потому что мои родители жили в другом городе, далеко, а у Маши была только мама, старенькая и больная. Мы с Любой и ребятами помогали ей, чем могли, но она ненадолго пережила дочь. С вами всё хорошо, Людмила Николаевна? Вы сильно побледнели.

— Понимаете...- она с большим трудом проглотила комок в горле. — Мой муж, Юра, тоже погиб в авиакатастрофе! Он был военным лётчиком, погиб на испытаниях пятнадцать лет назад.

— Вот как! Бывают же совпадения, — Сергей задумчиво потёр лоб. — И вы с тех пор одна?

— У меня две прекрасные дочери! Женя, ей двадцать восемь, работает проводником пассажирского вагона в фирменном поезде, ездит в Санкт-Петербург, заочно окончила институт от РЖД. Ей предлагают должность начальника поезда, правда, на другом направлении, но пока не хочет такой ответственности. Лизе двадцать шесть, она тоже окончила педагогический, как и ваш сын, только отделение дошкольной педагогики и психологии, работает воспитателем в детском саду. Как видите, и у нас нет трудовой династии! Но мы очень любим друг друга. Мои родители помогали, пока были живы. А у Юры не было родителей, он вырос в интернате.

— Обе дочки до сих пор с вами? Не замужем?

— Ох, больная тема! Пока не замужем.

— Почему больная тема?

— Да был тут у нас недавно ловелас один, представляете, по иронии судьбы познакомился с моими девочками независимо друг от друга, с обеими закрутил! Да ещё женат оказался... Ладно, они у меня сильные и дружные, пережили это всё. Но как доверять другим после такого?!

— Однако ко всем с одной мерой тоже не надо подходить! Может, по возвращении найти этого юродивого, потолковать с ним за жизнь? Чтобы неповадно было? «Тёмная» явно не помешает этому господину, чтобы усвоил жизненные ориентиры.

— Нет-нет, спасибо вам, но не надо! Всё прошло, всё забыто! Пусть живёт, как может.

— Значит, вы — племя амазонок? — задумчиво проговорил Сергей Павлович. — Не отправить ли к вам в лагерь группу захвата?

— Что-что, простите? — расхохоталась Людмила Николаевна. — Как интересно вы сказали: амазонки! Дочери всегда так говорят.

Сергей Павлович поднял бокал и хитро сказал:

— Предлагаю брудершафт, Людмила Николаевна!

Он решил, что другого шанса сблизиться не предвидится пока, и надо выжать из ситуации максимум.

— А как же субординация, Сергей Павлович?

— Да бес с ней, с субординацией!

Они вернулись в отель почти ночью, и Соколов пошёл провожать Людмилу Николаевну до её номера. Расставаться не хотелось. Не хотелось — не то слово. Немыслимо было. Сергей Павлович просто не узнавал сам себя. Он поцеловал руку Людмилы, но упорно не хотел останавливаться на этом.

Быстрым движением он снял с неё очки и улыбнулся в её огромные удивлённые глаза.

— Я мечтаю уничтожить их, эти очки, — тихо сказал он. — Они лгут, как кривые зеркала. А ты за ними прячешься, и весьма успешно! Столько лет меня за нос водила!

Она вдруг обняла его и тоже улыбнулась:

— Учти, что завтра я их снова надену, и мы должны будем забыть сегодняшний вечер.