Книга Главный герой становится Злодеем, страница 7 – Ли Лит

— Я вам говорю, так и будет!

— Не говори громких слов.

— Что это значит?! Думаешь, глава не устал от постоянных жалоб?!

Хуа Линь беззвучно хмыкнула. Ни один глава не избежал жалоб. Они часть должности, от них никуда не денешься. Смирись и живи.

— Посмотри на меня, я постарел на добрые десять лет!

— Не прибедняйся, старик Лю, — раздался голос старины Цзян. На него обратили внимание. — На десять лет ты постарел лет сорок назад.

Сдержать себя от усмешки Хуа Линь не смогла.

— Как ты смеешь?! — громом разразился старейшина Лю. — Где твои манеры?!

— Там же, где ты оставил свои года, — без страха проговорил старина Цзян.

Старейшина Лю встряхнул широкими тяжёлыми рукавами и быстро подошёл вплотную к старине Цзяну. Но почти сразу сделал полтора шага назад. Смотреть снизу на того, кого хочешь проучить, немного унизительно, особенно для старейшины Лю, который ростом ниже Хуа Линь.

— Проявляй уважение к старшему.

Должная грозность не произвела впечатления. А смех Хуа Линь сбил должную серьёзную атмосферу. В её глазах эта картина выглядела как маленькая собачка пыталась облаять и искусать большого пса, которому достаточно лениво махнуть хвостом, и эту собачку ветром снесёт далеко-далеко.

— Где тут старший? — грозный взгляд старины Цзяна прошёлся над головой старейшины Лю, который раскраснелся. Того и гляди из носа и ушей пар повалит.

— Рот закрой и не смей смеяться! — прогромыхал старейшина Лю, колко впиваясь взглядом в посмеивающуюся себе под нос Хуа Линь.

Хуа Линь изогнула брови и оттолкнулась от колонны.

— Старый пень, ты, похоже, забыл свои яркие успехи, — в голосе старины Цзяна промелькнула угроза.

Старейшину Лю было уже не остановить. Он топнул, распахнул широко глаза и ткнул поочерёдно на старину Цзяна и Хуа Линь.

— Вы обязаны проявлять уважение к старшим! В ином случае вас ждут серьёзные наказания! Да вам прямо сейчас надо преподать урок, чтобы в дальнейшем неповадно было!

— Как громко, — зевнула Хуа Линь, прикрывая рот.

— Старый пень, думаешь, если у тебя годиков много прошло, то и у других твои возрастные проблемы? — наклонился старина Цзян над старейшиной Лю.

Даже будь какие-либо намёки на ухудшение здоровья, старейшина Лю сверкая пятками бежал к лекарям, мастерам, старейшинам, бессмертным, да и редко заклинатели болели, практически никогда. Чаще помощь лекарей нужна при ранениях, отравлениях, выходе сил из нормы или помощь обычным людям.

— Хорошо, — старейшина Лю тряс пальцем да так яростно, что тот в итоге хрустнул. — Сегодня вас выгонят. Главе уже надоело получать жалобы на вас! Пользы никакой, а проблем куча!

— Яма, — буркнула под нос Хуа Линь, складывая руки на груди.

— Вот помяните мои слова.

— Старый Лю, прекрати их запугивать, — отмахнулась веером низенькая женщина на вид лет тридцати-тридцати трёх, в нежном персиковом одеянии, с золотыми заколками в сложной причёске. — Кричишь, какие они плохие, а сам…

— Мэй-цзе, ты на чей стороне?! — кинулся к ней старейшина Лю.

— Я за тишину, — тяжко вздохнула старейшина Мэй. Весь её вид шептал об усталости от мирского мира, желании окунуться в покой и тишину.

Старейшина Лю отмахнулся.

Хуа Линь поймала осуждающий взгляд бледно-серых глаз. Первая шицзе поджала губы и отвернулась, показывая, что она думала о выходках младшей. Хуа Линь вскинула брови. Она вообще не участвовала в перепалке и всё равно крайняя. Как обычно, ничего нового, когда дело касалось Цзинь Янь. Вот где-где, а в ней столько правильности, что рядом с ней зубы сводило от осознания того, что даже поза твоя неправильная, что там говорить о существовании. Нарушители порядка, крушители моральных рамок, убийцы правил.