Книга Главный герой становится Злодеем, страница 20 – Ли Лит

Темнота снова поглотила в миг. Хуа Линь шла. Снова шла. И снова шла. Путь выглядел до невозможности долгим. И почему путь внутрь пролетел не заметно, а как выйти — так невозможно?

От скребущих чувств в груди хотелось пинать и бить стены, выть как зверь. Но Хуа Линь продолжала идти. Свет мелькнул внезапно. Выдохнув с облегчением, Хуа Линь ускорилась. Наконец тьма закончилась, впереди лес.

Мощный толчок сбоку сбил с ног. Рухнув, ободрав ладони и приложившись до треска коленями, Хуа Линь закусила губы. На глазах навернулась влага. Сорвавшийся стон с губ оборвали хваткой. Чужая рука схватила за волосы и приложила о каменный пол. Вспышка. Звон. Боль. Туман. Просвет померк.

«Хуа Линь перевела нечитаемый взгляд на серое небо, которое приобретало чёткие очертания потолка». * * *

Сквозь толщу воды слышались частые глухие удары. Скривив лицо, Хуа Линь перевернулась на бок и прикрыла уши рукой. Старый дурак, слова за старое взялся! Раз ему обломали ночные игры на цине, он решил повспоминать практику «один удар — минус целые кости у врага». Разве старик Лю не оттачивал мастерство одного смертельного удара в начале своей жизни, будучи самим ещё учеником? Разве он не вспоминает давние свои учения раз в пол века, когда собирается вместе с другими старейшинами других школ всей Империи? Противный старикан! Чтоб его прихватило в важный момент! Вот так позор будет на его седую голову! И всё равно, что его волосы тёмные лишь с белыми висками.

Это точно издевательство. Хуа Линь приоткрыла глаза. Серый камень. Она отпрянула и хлопнула глазами. Откуда в покоях… Глаза распахнулись. Какие покои, старики и месть? Секта Сюэян, обряд, новый Верховный Владыка. Со скоростью света в голове пронеслись последние события.

С настороженностью Хуа Линь повернула голову на звук. Нечто лохматое, скрюченное, сидело рядом с её ногами и стучало камнем по полу. По другую сторону виднелся ночной просвет. Ночь ещё не закончилась, значит, не много времени прошло. Притянув к себе ноги, Хуа Линь тихо, осторожно поднялась. Лохматое существо продолжало стучать. Пусть так. Хуа Линь двинулась на свет. Так и есть, ночь. И если всё верно, через час или даже меньше день перейдёт в утро.

Хуа Линь приблизилась к краю узкого прохода и, положив руки по обе стороны, выглянула. Пахло сыростью, свежей срубленной елью и чем-то тяжёло-душащим. Но не запахи поразили. Тёмная вода поблёскивала под светом луны. Озеро то ли пруд и высоченная трава, переходящая в густой лес.

Не то. Она вышла не туда. Хуа Линь отступила, хмурясь. Как такое возможно? Не сворачивала, не поворчала, шла по памяти прямо.

Темнота.

Мысленно Хуа Линь шикнула на себя. Только она могла попасть в нечто подобное. Хуа Линь поставила ладони на бока поясницы, привычно массируя.

Стук за спиной прекратился. Хуа Линь точно статуей стала. Шорох.

— Гэ*, — нежный голос пробрал до мурашек. Волосы дыбом встали. — Гэгэ*. (Примечание: Гэ / Гэгэ / 哥哥 — старший брат; (обращение к мужчине старше говорящего, но одного с ним/ней поколения))

Хуа Линь медленно повернулась так, чтобы видеть лохматое существо. Она ещё помнила, как её сбили и после ударили головой о камень. И здесь были только пострадавшая Хуа Линь и лохматое существо — девушка. Но не она привлекла внимание. Тёмная тень стояла сбоку. Только глаза посмотрели на неё, она кинулась.