Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 214 – Сергей Изуграфов

В комнату вошли два японца. Первым был Фудзивара, а второй японец был друзьям не знаком. Его круглое лицо освещала добродушная улыбка. Крепкий, коренастый, он был моложе Фудзивары лет на пятнадцать.

Алекс поднялся из кресла и склонился в традиционном японском поклоне. Стороны обменялись приветствиями.

— Ёсикава-сан прибыл с коллегами два часа назад, — как всегда невозмутимо проговорил Фудзивара. — Все это время они работали в музее с теми материалами, что я для них отобрал. У Ёсикава-сан для вас есть важное сообщение, он говорит по-английски.

— Добрый день, — поздоровался главный эксперт «Общества сохранения японских мечей». — Благодарю вас за приглашение принять участие в расследовании. Сегодня для нас очень важный день. То, что я сейчас скажу — пока предварительная оценка, поскольку она проводилась лишь по фотографиям клинка, которые были нам предоставлены. Но я уверен, что она подтвердится, когда меч будет найден, и мы сможем его непосредственно осмотреть. По всем признакам, пропавшая катана — клинок работы мастера Мэису Кувана дзю Мурамаса. По преданию, это последний меч династии кузнецов Мурамаса. Примерная дата изготовления меча совпадает с датой смерти мастера. Это тысяча шестьсот пятнадцатый — тысяча шестьсот восемнадцатый годы. Этот меч «высшей степени остроты». Безусловно, он заслуживает статуса «национальное сокровище» и «бесценный меч». На его хвостовике нет подписи мастера. Но все эксперты сходятся во мнении, что это и есть тот самый меч «чистых помыслов», который Мурамаса планировал преподнести в дар древнему синтоистскому святилищу Исэ-дзингу, но не успел.

— Не успел? — заинтересовался Смолев. — Почему? Он умер?

— По старинной легенде, его убил наемный убийца-синоби, подосланный кланом Токугава, переодетый странствующим монахом комусо. Синоби, как полагают многие, имел приказ захватить меч. Поэтому он дождался, пока работа над клинком будет завершена, и зарубил кузнеца. Но после убийства мастера, который, видимо, предчувствовал покушение и свою скорую гибель, власти так и не смогли найти меч. Говорят, что его младший сын, наученный отцом, спрятал клинок где-то в кустах у дороги. Там, скорее всего, его нашли паломники, и дальше судьба меча теряется совершенно на четыреста лет. Предполагаю, что он хранился или в сокровищнице храма, или в частной коллекции. Для нас сегодня великий день! Обнаружить этот меч — полная неожиданность и огромное счастье!

— То есть, вы хотите сказать, что и пропавший вакидзаси из японской коллекции, и исчезнувшая катана из российской экспозиции — это клинки работы одного мастера? — уточнил, прищурившись, Манн.

— Вакидзаси, по нашей оценке, это работа Сэнго Мурамаса, среднего в роду кузнецов. А катана — работа его сына. На нем и прервалась династия великих оружейников, — ответил с поклоном Ёсикава-сан.

— Сколько может стоить, по вашей оценке, катана, которая была похищена? — поинтересовался генерал Интерпола.

— В Японии, — снисходительно улыбнулся такому нелепому вопросу Ёсикава, — этот клинок бесценен! У национального достояния нет стоимости! Это реликвия! Она священна! Сколько может стоить солнце? Или гора Фудзи? Или цветение сакуры? Или стих великого Басё?

— Это понятно, только мы-то сейчас не в Японии! — пробурчал раздраженно Манн. — Меня интересует цена на европейском черном рынке! Сколько заплатят частные коллекционеры за возможность обладать последним мечом династии Мурамаса?