Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №5, страница 191 – Сергей Изуграфов

Попрощавшись, они разошлись.

Подойдя к сидящей в обнимку с собакой Рыжей Соне, Алекс заметил, что она дрожит в свой разорванной футболке и никак не может согреться. Он быстро снял с себя свитер и отдал девушке. Пока она одевалась, Алекс поднял синюю джинсовую бейсболку и отряхнул с нее песок.

— Объясни мне, как ты оказалась одна на пляже в это время? А главное, зачем?!

— Ханчик снова убежал, а мне одной в доме было страшно оставаться. Мама в город уехала до завтра, ну я и пошла его искать. — В его свитере до колен она выглядела очень трогательно. — Дядя Саша, спасибо вам большое! Если бы не вы… — На глаза у нее снова навернулись слезы, но решительно шмыгнув носом, она сердито вытерла их кулаком. — Я постоянно влипаю в истории, мама говорит, что это не лечится!.. Вот если бы вы научили меня драться?

— Понятно, — вздохнул Алекс, протягивая ей бейсболку. Похоже, теперь у него появилась младшая сестренка. — Надевай! Вот что, Рыжая Соня… Научиться драться — дело нехитрое. А вот не влипать в истории — куда сложнее! Ладно уж, пошли, я напою тебя чаем, и ты ляжешь спать, горе луковое! А утром я сам отвезу тебя в город и сдам маме на руки. И мне так будет спокойнее, и вам с мамой. Так устроит? Зови собаку и пойдем.

Напоив Рыжую Соню жасминовым чаем с баранками, Алекс отправил ее спать наверх, а сам устроился в гостиной на диване перед камином. Дог улегся рядом на полу. Протянув руку, Алекс потрепал его по шее.

Да, друг, выручил ты нас! — подумал он. Если бы не ты, лежать мне сейчас там на песочке. Прощай, турнир! Да и все остальное… Черт его знает, чем бы все кончилось, не появись ты так вовремя! А хозяйку твою, чтобы могла на будущее за себя постоять, отведу-ка я и в самом деле в Додзё, к Фудзиваре. Имя боевое у нее уже есть, а боевые навыки — дело наживное!..

Вот так пятнадцать лет назад судьба свела его с Софьей Ковалевской, Рыжей Соней, ставшей на много лет ему другом, партнером по Кендо, а теперь и управляющей виллы «Афродита». А тот турнир, что вскоре состоялся, Смолев проиграл тогда вчистую приезжим мастерам, не заняв ни одного призового места. В каждой дисциплине ему не хватило несколько баллов.

Но он ни разу не пожалел об этом.

Он хорошо помнит, как Фудзивара-сенсей после разговора с Рыжей Соней — вот болтушка, не могла промолчать! — подошел к нему в зале после турнира и произнес: «Поздравляю вас, мастер!» и низко поклонился. Правда, на то, чтобы понять, с чем именно поздравил его тогда сенсей, у Смолева ушло много лет.

Думать о том, что ты не можешь достичь того, чего достигли мастера, — значит проявлять вялость духа. Мастера — это люди. Ты тоже человек. Если ты будешь думать, что не сможешь чего-то достичь, то ничего и не достигнешь.

Ямомото Цунэтомо. «Хакагурэ»

— Насколько мне известно, секреты мастерства передавались по наследству из поколения в поколение и тщательно оберегались. Нам — европейцам — вот так, с наскоку в этом не разобраться, — задумчиво проговорил невыспавшийся Смолев, уныло ковыряя вилкой в устрашающего вида греческом салате, что здесь именовался «хорьятики», который ему подали в ресторане при гостинице.

После блюд, что готовил Петрос на вилле «Афродита», этот салат есть было решительно невозможно: огурцы и помидоры словно резиновые, грубо накрошенный репчатый лук и ломоть заветренного фетаки были обильно залиты дешевым некачественным маслом, которое еще вдобавок и немилосердно горчило.