Книга Неугодная невеста Дракона, или Тайна леди Дойл, страница 16 – Мари Александер

Помню, как однажды пасмурным утром постучала в дверь дома номер девять на Рекйэб‒стрид, как дверь открылась и миссис Лотсен (тогда я ещё не знала её имя) сказала:

— Хозяина нет дома, объявление было подано ошибочно и сиделка нам не нужна.

После этого она почти захлопнула дверь перед моим носом. Уже позже я узнала, что на решила, будто я пришла проситься на работу. Но выглядела я так плачевно, что она была уверена, что за мной самой нужен уход. В этом она была права, дорога до Лондона оказалась для моего, тогда ещё неокрепшего, организма очень сложным испытанием, и вдобавок я простыла, и у меня уже начинался жар.

Не зная, куда податься я собиралась отправиться обратно на вокзал, когда миссис Лотсен увидела мистера Гарри. Тут же её отношение ко мне изменилось, пожилая домоправительница проявила участие и впустила меня в дом.

Если бы этого не случилось, то я бы рухнула без сознания, пройдя несколько шагов по улице. Ведь именно так и произошло, стоило мне переступить порог.

Не удивительно, что мистер Гарри с того дня считает, что я обязана ему жизнью. А на самом же деле, это миссис Лотсен выхаживал меня почти неделю, лечила от лихорадки и несколько дней не отходила от моей постели, сбивая жар. За эти дни я много узнала о жизни мистера Дойла, о его службе и в моей голове начали зарождаться почти бредовые идеи, кое‒какие я даже записала. Тогда-то миссис Лотсен, вместе с книгами из библиотеки принесла мне и печатную машинку.

Хозяин дома и вправду был в отъезде, и мы с домоправительницей успели сдружиться, пока его не было. А когда я начала вставать и покидать свою спальню, я была допущена в святая святых, кабинет, являющийся так же и библиотекой. Любопытство сгубило кошку, а я заинтересовалась печатным делом и мои бредовые идеи обрели реальное воплощение.

К тому времени, как мистер Дойл вернулся в Лондон, я уже выздоровела и была полна сил начать новую жизнь как Шерли Дойл.

У дяди не возникло вопросов и возражений по поводу моего желания погостить у него некоторое время. Наоборот он был рад моему приезду, и дальше его жизнь перестала быть прежней. Стоило мне поделиться с ним моими идеями, как всё закрутилось и завертелось. Дядюшка с юношеским энтузиазмом соглашался на все мои авантюрные начинания, это воодушевляло меня, и я не обращала внимания на постоянные придирки и саркастические замечания мистера Гарри.

Дядюшка тоже не придавал значения постоянному ворчанию мистера Гарри. Он давно был знаком с его скверным характером, ведь мистера Гарри был другом младшего брата мистера Дойла, так сказать его наперсником. Брат мистера Дойла привез его из одного из своих путешествий ещё в юности и лишь по случайности мистер Гарри остался дома, когда младший Дойл уплыл в своё последнее плавание.

Лишь миссис Лотсен была благосклонна к другу младшего хозяина, и вот с ней у мистера Гарри никогда не возникало сложностей в общении.

Мы же с мистером Дойлом лишь терпели жуткую манеру тянуть букву «о» в конце слов и привычку высказываться обо всем, особенно, когда в этом нет необходимости.

Должна сказать, что за время нашего знакомства, я уже привыкла к пренебрежительному тону мистера Гарри, когда он говорил о моих умственных и литературных способностях. Как впрочем, и о моих успехах на поприще частного детектива, он тоже был не столь высокого мнения.