Книга Светлая любовь Темного Лорда, страница 104 – Константин Фрес

На черных волосах сверкнул светлый венец с синими камнями. Глаза цвета бурного моря яростно смотрели на Темнейшую.

И все склонились перед Темнейшим, и я тоже, задыхаясь от волнения и почти ничего не видя от слез радости и облегчения!

— Ты-то, Элениэль, должна знать об этом доказательстве лучше всех, — заметил Темнейший, неспешно, с грацией, какой ранее в его движениях не было, проходя к судьям. — Встань, дитя.

Это он мне велел.

Я не смела поднять глаз на Темнейшего.

Не по своей воле я влипла в эту историю. Но я стыд глодал меня. Я не хотела, чтоб он думал, что я запятнана маниаканами. Не знаю, к какому доказательству он взывает. А вдруг оно как раз обвинит меня?!

От страха я едва понимала, что происходит.

Мысли хаотично метались в голове.

Но я нашла в себе силы встать.

Рука Темнейшего легла мне на плечо, ободряюще погладила меня.

А затем с плеча скользнула к моей груди.

И его пальцы выудили крохотный амулет, голубую чистую каплю на тонкой серебряной цепочке.

— Ты же знала, что эта вещица у нее есть, — усмехнулся Темнейший, демонстрируя безделушку онемевшей Элениэль. — Ты даже кланялась ей. Видишь, она по-прежнему светла и чиста? Это значит, что и девушка, носящая ее, так же чиста.

Он помолчал, глядя в светлые злые глаза Элениэль.

— Побоялась пролить кровь и решила опорочить ее? — уточнил Темнейший. — За связь с маниаканами я бы не спросил, да… Не заступился. Рассчитывала на скорый суд и на казнь? Будь ты немного умнее, ты бы получше изучила этот вопрос и знала бы, что суд не вершится быстро и легко.

И он вдруг, почти не размахиваясь, влепил Темнейшей сокрушительную пощечину, от которой она отлетела от него на несколько шагов.

— Я не хочу видеть тебя в ближайшую неделю, — произнес Темнейший.

Он обнял меня за плечи, накинул на меня полу своего плаща.

И я ощутила, с каким трудом ему дается каждое движение.

А от тела его веет болезненным сырым теплом.

— Идем, — велел он, повернув меня к выходу. — Суд завершен.

— Ты ударил ее, — повторяла я, пока Темнейший вел меня, обнимая за плечи и накинув на меня полу своего плаща. — Ты ударил ее.

— Это единственное, что тебя сейчас волнует? — удивленно спросил он.

Его повозка не шла ни в какое сравнение с тюремным жалким тесным возком, в котором меня сюда привезли.

Мягкие широкие удобные сидения, накрытые мехами. Тяжелые непроглядные шторы на окнах…

И, кажется, эту повозку привезли специально для меня.

Потому что едва мы вышли из странного подземного здания суда, Темнейшему подвели коня. Тонконогого злого жеребца, крытого теплым ковром.

Но Темнейший его отверг. Отстранил конюха и со мной проследовал в повозку.

Там Темнейший усадил меня на сидение, укрыл бережно меховой тяжелой накидкой, прижал к своему сердцу.

А я все дрожала, как от сильнейшего холода.

И повторяла лишь одно — «ты ее ударил».

— Она заслужила и эту пощечину, и еще тысячу таких же, — жестко ответил Темнейший. — Почему тебя это так заботит? Не думаешь же ты, что я могу быть так же жесток к тебе?

— Я боюсь, что жестока будет она, — ответила я тихо. — Она обязательно отомстит. Я видела одержимость в ее глазах. Она не отступит. Она никогда не простит!..

— Ты со мной, — поглаживая меня по волосам, произнес Темнейший. — Она не доберется до тебя. Не бойся.