Книга Я призываю силу! 2, страница 44 – Лана Шеган

У меня внутри все сжалось от голоса Яна. Я быстро оббежала глазами комнату, закинула вещи, лежащие на полу под кровать, оглянула себя в зеркало. Ночная сорочка была строгой без всяких вольностей, мне ее Альма выдала. У меня в Регирде и более открытые платья есть, поэтому пошла и открыла Яну дверь. Он вошёл, оглядел комнату, растленную постель, открытое окно, в которое дул легкий ветерок, потом его глаза переместился на меня.

— Я хотел поговорить о ритуале, завтра выедем с утра, и времени не будет. А сразу после ритуала нам нужно улетать Лейра, поэтому если есть вещи, которые тебе дороги сразу бери с собой.

— Может, сядешь, — улыбнулась высокородному, — и спокойно мне все объяснишь.

— Хорошо, — Ян тут же прошел к креслу и сел, я притащила табурет и села рядом, чтобы занять руки, принялась опять расчесывать волосы. Ян, как загипнотизированный смотрел на мою руку с гребнем и рассказывал, что будет завтра на ритуале. Внутренний трепет нарастал, тряслись не только руки, казалось, что все тело распаляется, а в ушах нарастает гул бьющегося в нетерпении сердца.

— Поэтому тебе лучше не высовываться и быть готовой к быстрому отходу, — закончил свою речь высокородный и впервые посмотрел мне в глаза:

— Думаешь, они захотят нас задержать? — спросила я.

— Нельзя сказать, что они могут сделать, я здесь не по поручению Регирда и за меня никто не будет бороться, может быть отец.

— Как там Малус кстати, — спросила я, — Не видела его очень давно.

— Как всегда, — улыбнулся Ян, — весь в делах императора. А как ты Лейра?

— А я тут, с тобой, — сделала вид, что не поняла вопроса.

— Я вспоминал о тебе, — сказал Ян, сжал челюсти, отвернулся.

Мне хотелось съязвить, вспоминал ли он меня в объятиях жены или после, но тоже закрыла рот. Между нами, видимо, слишком много такого, отчего даже разговаривать больно, уныло подумала я.

Ян встал:

— Ну отдыхай, — сказал он мне и пошел к двери, я пошла вслед, чтобы закрыть за ним дверь, не хотелось опять проснуться в компании его сына.

Ян взялся за ручку дверцы и тут же со стоном опустил руку и повернулся. Мы были очень близко, его глаза, которые вопросительно смотрели на меня, казалось, заняли все пространство вокруг. Руки мои ослабели и гребень выпал из пальцев. Ян ухватил меня за затылок и притянул мою голову к себе:

— Оттолкни, пока я еще могу уйти, — сказал он мне прямо в губы, я же прижалась к его телу, словно от этого зависела моя жизнь и приподнялась на цыпочки, чтобы самой поцеловать его в теплые губы. А потом было безумие… мы касались друг друга руками везде, целовались до потемнения в глазах и любили друг друга. Весь мир замер вокруг нас, потому — то неслышно было ничего, кроме дыхания любимого, его шепота и его стона… нашего стона.

Дорога до источника заняла полдня. Опять сидели в трясущейся карете, в духоте, и общей напряженности.

Ян ушел под утро, мне не хотелось отпускать его, казалось, если он переступит порог комнаты и все опять будет, как прежде. Я ни о чем не спрашивала, ничего не требовала и ничего не обещала сама. Вчерашняя ночь была, как наваждение, о которой я мечтала все эти годы, но хотел ли ее Ян, мне было неизвестно. Утром он ушел и потом, когда мы встретились на завтраке, никак не выражал и не показывал, что между нами, что — то изменилось. Ну что ж, я была к этому готова. По крайней мере, я не могу винить его сейчас, ведь хотела его сама и оставила на ночь, его тоже сама.