Книга (не) Равные, страница 191 – Мила Крейдун

Как такое возможно вообще?! — задрожали в её глазах слёзы счастья и благодарности.

Джип остановился.

Ктара рванула дверь и выпрыгнула из авто, помчавшись ко входу во дворец.

Ей не терпелось обнять Его. Обнять и больше никогда не отпускать. Обнять и сказать «спасибо». Растаять в нём, раствориться. И расплакаться.

Он словно чувствовал. Словно знал. Он всегда знает.

Правитель планеты поймал её в объятия у входа и закружил, приподняв над землей, мягко смеясь, пока она всхлипывала у него на груди, неразборчиво шепча всякие глупости, слова благодарности, любви и сожаления вперемешку.

Огромная ладонь нежно гладила её волосы и надёжно прижимала к себе.

Повелитель мира целовал её волосы, висок, мокрые и солёные от слёз щёки.

— Ну, всё, всё, — мягко шептал он, улыбаясь. — Чего ревёшь, глупышка? Гормоны что ли уже? У нас же будет малыш. Чему здесь сокрушаться? Радоваться надо. Обидно, конечно, что мертвяк без очереди влез, но ничего, следующий будет мой.

Ктара захихикала. Так всё как-то абсурдно, безумно, немыслимо и по-доброму мило звучало.

— Я люблю тебя, — выдохнула она, успокаиваясь.

— И я тебя люблю, родная.

Мега подхватил Истинную на руки и в считанные секунды оказался с ней под душем.

Теплый искусственный дождь струился по бронзовой коже невероятно массивной фигуры правителя планеты.

Он загорел.

Ктара подняла взгляд и встретилась с невозможно удивительными янтарными глазами царя двуликих, которые горели страстью. Любовью. Нежностью. Обожанием. И…

Чувством вины?

Почему он не прикасался к ней?

Почему словно боялся?

Или более того: считал, что недостоин.

Царица нахмурилась.

Обняла мощный торс, прижавшись к стальной груди, где взволновано стучало сильное сердце Меги.

— Что произошло? — спросила она как можно мягче.

Всего на долю секунды повелитель мира напрягся, а затем крепко обнял её, вжимая в себя сильнее.

И вновь она почувствовала нечто странное — страх.

Его.

— Ничего, — отозвался Аргайл, и приподнял её лицо за подбородок.

Больше янтарные глаза не выражали ничего.

Совершенно.

Лишь решимость. И твёрдость. Царственность.

Жёсткие властные губы накрыли её рот и становились мягче с каждой секундой.

Правитель мира сдавался. Таял под маленькими женскими пальчиками, скользящими по его телу.

Огромные ладони накрыли её щёки и поцелуй стал жадным. Отчаянным.

— Джей, — пыталась она говорить. — Что случилось?

— Ничего, — подхватил он её, вынуждая обхватить себя ногами и прижимая к мраморной стене, не переставая целовать. — Я люблю тебя, Ктара.

Напор его страсти и ласки даже не позволил ей ответить.

Она просто сдалась.

* * *

Как ни странно после секса повелитель мира вырубился, едва вышел из ванной и рухнул на постель.

Именно рухнул. Поперёк. И даже подушку не подтянул под голову.

Ктара потрясённо замерла, глядя на обессиленное обездвиженное тело правителя мира, практически впавшее в кому и до сих пор не могла понять, что происходит. А что-то явно было не так.

Она подошла ближе, присела на край постели и тыльной стороной ладони нежно погладила аккуратную бороду Меги.

Он застонал, взял её руку, поднёс к губам, поцеловал и вновь провалился в глубокий сон. Ктаре стоило немалых усилий, чтобы вызволить её.

Она пыталась подсунуть ему подушку, но поднять даже голову правителя планеты ей оказалось не под силу.