Книга (не) Равные, страница 168 – Мила Крейдун

Джей вызвал Верховного и переправил свою кровь ведьме.

Чисто.

Никаких чар.

Его это совершенно не удивило. Он был практически уверен в результате, но отчаянно надеялся в глубине души, что всё это дерьмо можно будет разгрести проще…

— Твою мать! — вслух выругался Мега, раздражённо проведя рукой по лысине и бороде, и отправился на первую схватку претендентов, на которой стало понятно, что дело совсем дерьмо.

Прямо совсем!

Она, естественно одержала победу, но каждое нападение соперника, малейшая царапина или удар практически физически подрывали Джея с места, чтобы броситься на защиту и разорвать обидчика.

Лев рычал. Даже он признал её.

Окружающие удивлённо и недоумённо косились на царя, стараясь держаться подальше.

Более смекалистые переводили изумлённые взгляды с него на явно забавляющуюся и довольную всем Агри.

Она тоже всё прекрасно понимала, видела и чувствовала, мать её!

Ей бросили вызов сегодня ещё двое.

Четвёртый поединок Аргайл вынужден был отклонить.

«Из чувства чести и хоть какой-то справедливости? — задавался царь вопросом. — Или просто не мог видеть, как она уже едва на ногах стоит? Но не сдаётся. И побеждает», — не мог он не додумать с восхищением.

Она сделала несколько шагов к нему.

Он резко поднялся, отвернулся и покинул залу схваток.

* * *

Лир возвращался к любимой с тяжёлым сердцем.

Знал, что так надо и правильно, и что всё сложилось как нельзя лучше и вовремя, но это мало что меняло.

Он нашёл её на окраине дворцового парка, около реки, наслаждающуюся ночной прохладой, под россыпью миллиарда звёзд на сапфировом небосводе. Особую атмосферу добавляли и редкие тусклые светильники у самой земли, которые разгоняли тьму и в то же время оставляли очарование ночи.

Она смотрела на звёзды, мерцающие на поверхности водной глади Нила, и думала о чём-то своём.

Вокруг расположилась многочисленная свита, занимавшаяся кто чем: играя, танцуя, болтая. Элитный отряд нёс свою службу, несколько пар самцов состязались в схватке, красуясь со всех сторон и поглядывая на королеву.

Абсолютно все то и дело бросали на неё взгляды. Отныне она — центр их мира. И в первую очередь важно, что она думает, хочет, желает и чувствует.

Гиены — удивительный прайм. Уникальный.

И нигде Истинная не будет в большей безопасности, чем здесь.

И каждый мечтал бы оказаться на её месте.

Преданность гиен своей королеве неоспорима и словно заложена в них самой Богиней. Они не в силах ей противиться.

«Уникальны, — в который раз подумал Вайтхорн. — Как и она».

Ктара словно почувствовала его приближение и повернулась.

Яркие зелёные глаза тут же вспыхнули радостью, любовью. Она счастливо улыбнулась, подскочила и побежала ему навстречу.

Лир не мог не улыбнуться в ответ, заключая любимую в объятия и ловя на себе короткие завистливые взгляды самцов.

— Где ты так долго был? — укорила она его, целуя. — Я скучала.

Вайтхорн тяжело вздохнул и нежно погладил большим пальцем нежную кожу щеки, которая словно светилась изнутри.

«Да, Ктара очень изменилась с момента, как они покинули земли барсов, — подумал он. — Словно расцветала каждый день».

— Что? — нахмурилась она, заглядывая ему в глаза. — Ты тоже должен уехать? — догадалась она, погрустнев.

Он кивнул.

— Когда?

— Сейчас, — отозвался он. — Зачем тянуть? Раньше уеду — раньше вернусь.