Книга Серебряные нити Шардена. Пепел и тис, страница 361 – Мари Ларина

Я красноречиво промолчала, и Дархан вновь закатил глаза.

— Очень смешно.

Он поправил мой свитер, за что получил тычок в бок, а потом уже серьёзнее добавил:

— Пока нет никаких доказательств — эта версия — догадка, не больше. И не надо,— с нажимом продолжил он, увидев, что я открыла рот для возражения. — меня переубеждать.

Оптимизм Солейла в данной ситуации меня восхищал. А может, и правда, мы ошибаемся, и всё совсем не так? Мне, на самом деле, очень бы очень этого хотелось.

— А ты откуда такая задумчивая? — резко сменил тему он.

— Я? А. Я, да. Я была у элериарха… — не подумав, выпалила я и тут же прикусила язык. Солейл же не должен знать, что меня приставили следить за ним! — Да, в общем, неважно. — отмахнулась я, надеясь, что получится соскочить с этой темы, и он не станет меня расспрашивать.

Солейл прищурился.

— Врёшь. Опять Хаэль?

О. Тема не лучше, но всё же более приятная, чем рассказывать истинную причину визита к госпоже Тенцзар.

— При чём тут он? — спросила я, всем видом стараясь не выказывать облегчения.

— При всём. — спокойно сказал парень. — Ты каждый раз так делаешь.

— Как? — я непонимающе захлопала ресницами. Подсмотрела этот приём у Эльсы. — И-и-и-и, вообще-то, я не вру. — резко отрезала я, скрестив руки на груди.

— Угу. — он кивнул. — Просто резко меняешь тему, начинаешь злиться и перестаёшь смотреть в глаза. Классический набор врунишки-Мирст.

Я молча посмотрела ему в глаза. Солейл вдруг усмехнулся.

— Не переживай, серебрянка. Я не ревнивый. — он сделал паузу. — Но оч-чень наблюдательный.

— Размечтался, — я закатила глаза. — Да, опять Хаэль. Он был не в духе после нашей встречи утром. Возомнил, что я посыльный для его бумажек и отправил меня с ними к элериарху. Пришлось ещё писать отчёт, — быстро соврала я. Стало противно. — Сейчас пойду в «Пеплотравы», день пока свободен. А ты? — задала я вопрос, надеясь, что Солейл не захочет продолжать обсуждать мой день.

— Тоже к твоему любимому Хаэлю.

Прекрасно. Дархан-младший подмигнул мне и кивком указал на дверь тысяча сто одиннадцатого кабинета, неподалёку от которой мы стояли.

— Сначала — получать нагоняй и слушать, какой я невыносимый, тупой и бестолковый, а потом — не знаю. Магистр сто процентов найдёт, чем меня занять. Посчитать пылинки, отделить гречку от чечевицы, переписать всю библиотеку…

Я прыснула. Сделав пару шагов в сторону главной лестницы, я бросила, обернувшись через плечо:

— Тебе, кстати, очки принести?

— Для чего? — нахмурился Солейл, поправляя манжеты. Солнечный свет, лившийся изо окна, очерчивал его растрёпанные волосы по контуру, делая их похожими на золотое облако.

— Ну как. Пылинки считать явно удобнее в очках.

Ответ последовал после секунды тишины.

— О, серебрянка… — фыркнул он. — Кому нужны очки, так это тебе. Такого завидного красавчика у себя под носом не замечаешь! — он подмигнул мне.

— Где-то тут есть завидный красавчик? — я показательно покрутилась на месте, приложив ладонь козырьком ко лбу. — Ты его видел? Он куда-то ушёл? О, боги, неужели мы разминулись?

Солейл ухмыльнулся, и, послав мне воздушный поцелуй, направился к двери.

— Туше. Не скучай.

— Фу, оставь свои влажные мечты при себе.

Он хмыкнул и толкнул дверь тысяча сто одиннадцатого кабинета, заходя без стука. За что, без всякого сомнения, сейчас отхватит от Эврена. Я поморщилась, услышав краем уха, как по заказу, раздражённый тон Магистра. Вообще, можно было бы к ним присоединиться — меня сильно заинтересовали слова Вараста, но… пожалуй, пусть Эврен вымещает злость только на Солейле. Я попадаться под горячую руку не хочу. Обсудим это вечером. Сбежав по мраморным ступеням и накинув пальто, я, миновав дубовые двери Башни Совета, вышла на улицу. На быстром пути к «Пеплотравам» отправила короткий тенегласс Ирису.