Книга Измена. Тебе это аукнется, страница 25 – Татьяна Роу

Единственный шанс удержаться на плаву — это попытаться снова их разлучить. Наташка гордая, один раз поверила ей, никуда не денется — поверит и второй. Лариса криво усмехнулась, вспомнив, как с огромным животом, переваливаясь словно гусыня с боку на бок, заявилась к Самойлову домой, чтобы поговорить с его меланхольной Наташей и ее мамашей. Надо было видеть в тот момент его лицо и то, как он унижался перед своей женой.

Прерывистое дыхание выдавало волнение, но Лариса знала, что сам он по доброй воле не уйдет. Пришлось сделать так, чтобы его Наташа вместе с тещей выгнали с треском из собственного дома.

Хорошо, что Валерка поверил на слово и не стал делать ДНК. Правда Ларисе пришлось совершенно спокойным тоном объявить, что кроме Самойлова у нее ни с кем давно не было близких отношений и если нужны доказательства, то она готова прямо сейчас поехать в лабораторию, для сдачи анализа. Сделав обиженное лицо и обхватив двумя руками живот, уверенным тоном объявила, что бояться ей нечего, в своей правоте она уверена на двести процентов. Правда внутри от волнения все внутренности дрожали словно осиновый лист, но внешне вела себя с чувством собственного достоинства.

Самойлов сразу обмяк, плавно опустился в кресло, закрыл лицо руками. Думала прям там грохнется грохнется в обморок, но к счастью обошлось.

— Мам, надо что то делать. Если папенька от нас уйдет… Как ты собираешься жить? — раздался голос сына.

Самойлов словно чувствовал, что дети ни его. Никогда не проявлял инициативу погулять с ними на улице, сводить в развлекательный центр. Другие отцы баловали своих детей, а этот откупался деньгами, считая, что этого вполне достаточно. Дети это всегда чувствовали и платили ему той же монетой.

— А ты? — задала встречный вопрос Лариса.

— Ты мальчик уже вполне большой. Пора взяться за ум. — решила тоже не остаться в долгу и указать на его недостатки.

— В университете сплошные пропуски. Ждешь, когда отчислят? На что надеешься? Связался непонятно с кем. От таких друзей нужно держаться как можно дальше, а тебя тянет к ним словно магнитом.

Если до сегодняшнего дня она молчала и давала детям полную свободу считая что они сами должны принимать решения и делать выбор, то сейчас смотрела на сына и понимала, что сильно заблуждалась. Надо было с детства держать их в ежовых рукавицах и тогда не пришлось бы за них краснеть.

— Откуда появилась эта великовозрастная доченька? Столько лет о ней ничего не слышали. А тут раз и объявилась. Нет, я конечно знал, что у отца была семья, но не замечал чтобы он с ними общался. Теперь понятно почему товарищ Самойлов вечно всем недоволен… Решил, что мы недостойны его величества… Решил вернуться туда, где ему не будут выносить мозг. — не обращая на недовольное лицо матери, вслух рассуждал Егор.

Приторно правильное лицо сводной сестры вызывало брезгливое отвращение. Егор как увидел ее, сразу отнес к типу скромных, правильных до слащавости девушек, которые от одного матерного слова теряли сознание. Прищурив глаза, он посмотрел на мать, как будто надеялся, что она ответит на все его вопросы, но Лариса растерялась и не знала что сказать.

Поведение мужа действительно изменилось. Почему она раньше этого не замечала? Давно махнула на него рукой, глупо посчитав, что наконец то он нашел отдушину и вплотную увлекся своей любимой работой… Понадеялась, что охоту гулять она ему отбила много лет назад и немного расслабилась, но как оказалось зря.